Тут, видимо, и находился кладезь информации, за которой они охотились. Единственная проблема заключалась в том, что все остальные страницы были написаны на каком-то странном, неизвестном и совершенно непонятном им языке. Пока члены команды листали журналы, вглядываясь в завитушки и закорючки шрифта, Ольсен расхаживал по периметру комнаты, оглядывал предметы и стены, сосредоточенно над чем-то размышляя. На одной из стен висел большой гобелен, он слегка приподнял его край.
И, к своему изумлению, обнаружил, что за гобеленом скрыта еще одна дверь.
Он полностью сдвинул гобелен, отворил дверь, шагнул и тут же попятился назад, пораженный увиденным.
— Мать твою… — пробормотал Ольсен себе под нос. А потом крикнул громко, чтобы слышали все остальные: — Эй, босс, не мешало бы взглянуть на это!
Уловив в его голосе тревогу, Райли и Кейд бросились к нему с оружием наготове. Ворвались во вторую комнату и тут же замерли, потрясенные.
— Мать Пресвятая Богородица! — выдохнул Райли.
— Производит впечатление, верно? — вполголоса заметил Ольсен и подошел к товарищам.
Это было нечто неописуемое. За время службы в ордене Ольсену довелось повидать немало удивительных и странных вещей, но теперешнее зрелище не могло с ними сравниться. Камень был огромен и загораживал собой почти всю стену. Ольсен прикинул на глаз: больше двадцати футов в длину и добрых десять в высоту. Гигантский, массивный. И еще казалось, что состоит он из цельного куска сланца или аналогичной породы, впрочем, в геологии Ольсен не был силен. Однако похожее вещество, вкрапленное в другую породу, видеть ему доводилось. Камень покоился на специальной подпорке и весил, по всей видимости, немало. Стоило ему сорваться с места и врезаться в стену, и она рухнула бы, точно выложенная из спичек. В потолок и пол были вставлены небольшие лампочки, в их свете камень выглядел еще эффектнее.
Впрочем, изумление рыцарей вызвал не сколько сам камень, но то, что было неким непостижимым образом вделано в него.
Скелету было несколько тысяч лет, а может, и больше, Ольсен нимало не сомневался в этом. Выглядел он действительно очень древним. По высоте почти равнялся самому камню и сохранился превосходно. Череп с высоким выпуклым лбом и продолговатыми лицевыми костями, что говорило о высоком интеллекте. А судя по толщине костей рук и ног, этот древний человек обладал невиданной силой.
Но больше всего поразили Ольсена крылья.
Огромные, широко распахнутые, они простирались по обе стороны от скелета и обхватывали камень с обеих сторон, размах их составлял футов двадцать. Сохранившиеся перья, очевидно, окаменели, отчетливо проглядывали все их детали, словно вмонтированные в камень. Должно быть, в живом виде создание могло произвести сногсшибательное впечатление.
При этой мысли Ольсен насмешливо фыркнул. Создание?.. Никакое это не создание, за тем исключением, что кем-то оно было действительно создано.
Перестань трусить, признай очевидное.
Это нечто большее, чем просто создание.
И происхождение его, и назначение неземное.
Это может быть один из бне-элохим[3].
Сын Божий.
Ангел.
Сама мысль о том, что он стоит перед останками одного из святейших творений Господних, потрясала до глубины души. Нет, потрясала — это слабо сказано. Пусть теперь это всего лишь скелет, но Ольсен со всей живостью вдруг представил, как это существо некогда стояло перед самим Господом Богом. Возможно, оно боролось за добро и справедливость, было солдатом армии Господней. И было одним из его собратьев, что вихрем пронеслись над градом фараоновым и уничтожили всех первенцев. Или тем ангелом, что освободил святого Петра от цепей, помог ему бежать из римской темницы. Четверо подобных созданий стоят по углам Земли, поддерживают небесный свод. Они были посланцами самого Бога, вершили высшую справедливость.
3
Бне-элохим — в переводе с древнееврейского в ранних христианских текстах — сыны Божьи, так впоследствии стали именовать ангелов.