А ты вроде бы и ни причём, но уже вынужден делать какой-то Выбор.
И как утверждают моаны: Легкомыслие — вот Дорога, ведущая тебя в «страшный сон», из которого иногда выхода — нет.
Папирусный свиток, покрытый смолой и в новое время не распечатан …Отповедь (письмо) радостно напросившемуся «на долгую счастливую жизнь». (В рамках Библиотеки — Континуальной).
Чистейший воздух зимней ночи вливался в грудь, как божественный бальзам. Вокруг сияли звёзды, и все ужасы библиотеки разом отступили куда-то далеко.
(Первая командировка на землю новозаступника на посту Небесной Библиотеки).
Многоуважаемый Макровей[105], одержимо идущий по моему эфирному следу!
Перед тем, как ты откроешь означенную Книгу-Дверь — умоляю: немедленно обернись! И если увидишь, что кто-то машет тебе рукой (будь то возлюбленная, либо твой Вайрин[106]) — отбрось эту рукопись и незамедлительно уходи! Ибо пройдёт около 120 тар, и ты (уже будучи долгоживущим) вспомнишь тот зов и… О, Бог мой! Душа твоя почернеет от поселившихся в ней слёз и тоски.
И вот ты закричишь: Это несправедливо!!!
Но — что есть справедливость?.. К тому же, я не услышу тебя, потому как давались намёки, и… «руки умыты».
О, если тот зовущий вдали оказался подругой — той самой, единственной! — я сожалею, ведь со мной (а ныне уж с нами) было нечто подобное. И даже если ты будешь плакать так громко, как если бы плакал кит, потерявший подругу в китобойный сезон[107], я опять не услышу твой крик, потому что буду так далеко, как далёк День Рождения Мира от голубой планеты Придхиви (по-нынешнему — Земля).
Прощай и прости, ибо для избранных это удел.
Никто не знает своей «уязвимой пяты», но большинство игнорирует «человеческое» в себе. Вот и ты помыслил (в тайне от себя и наставника), будто станешь незаменим в ритуале Hic-Stans[108].
Но до тех пор, пока твой дух не смирится — обнаружишь, что одинок и одинок тотально: ведь рядом не будет того единственного(ой), кто смог бы зажечь Солнце в твоей груди (а на тот срок тебе нужно будет именно это, потому как всё остальное — пройдено, приобретено и достигнуто).
Много-много тар твоё добросовестное существование и служение будет отравлено невозможностью соединения с кем-то утраченным в мире — таково условие материального бытия, иначе не происходит Вартам[109], и Мир исчезает.
Но крепись!.. И твоя судьба будет наполненной.
Многих долгожизненность развращает и вырождает, но ты будешь на службе, и, как утверждал Боэций, твоё «утешение — в философии». К тому же, в самом конце Обязательства ты сольёшься с тем, кто утрачен, а напоследок поймёшь, что горечь твоя — иллюзия, как и всё, что заставляет страдать. И переживёшь радость встречи после разлуки, как радость того, кто проснулся, когда наступила смерть.
Я прощаюсь с тобой… и прощаю. Ибо обида твоя дотоле неутолима, доколе там — «внизу» — плачет по тебе подруга (а может, и друг) после очередного свидания «на излёте стрелы»[110]. Прощаться нельзя свидеться — скоро.
Но знай, тебе помогут друзья, ибо синекура[111] эта достойная, и выбор её сделан только тобой.
Ити ме матих[112] — До востребован.
Р.S.И станешь внушающим зависть, но сам угодишь в завистники (Аль Хазм).
Папирус — молитва «Бессмертного вне Небес» о ниспослании смысла и воспоминания.
О, Возвышенный, что вне обязательств… В праве ли я обратиться к обиде, считая долгом взывать к Тебе, не имея — поныне — ни единого от Тебя Знака.
107
Самая громкая песня в Срединном мире — песня голубого кита: 188 децибел, будь то радостный крик или горестный. 188 децибел — это сама
110
Здесь «Излёт стрелы» говорит о невозможности качественного вхождения в контакт со своим «андрогинным» партнёром. Возможен лишь — взгляд, «записка», пара фраз; что премного усугубляет личную скорбь.
111
Служебное положение, предполагающее большие возможности при минимуме обязанностей и ответственности. Одно из условий «выгодной синекуры» — когда её обладатель имеет минимум личного (инкарнационного) времени в персональной Андрогинности.