ДРИÁДЫ — лесные девы, дриады или дриальдальдинны, — изначальные сущности Великого Леса, несущие на себе почётные права и обязанности покровительства, защиты и заботы о всех деревьях, произрастающих на земле — прошлой, нынешней и грядущей. Жизнь дриады полностью и неразрывно связана с деревом, её породившим. Младшие дриады, или гамадриады, как правило, живут не более двухсот лет, рождаясь и погибая вместе с деревом. Они нежны, пугливы, беззащитны и, чаще всего, не вступают в контакт с людьми, видя в них источник опасности. Гамадриады не могут далеко удаляться от своего родительского дерева, фактически являясь зависимыми территориально. Внешне они напоминают девочек-подростков, хрупких, с короткими пушистыми волосами, ореолом окружающими их головки, и, как правило, не носят никакой одежды за исключением цветочных венков и бус.
Некоторые же деревья легко доживают до пятисот и более лет. Связанные с ними махадриады называются старшими или дриальдальдиннами. Их количество очень незначительно: по всей земле едва можно насчитать более трех десятков тысяч таких долгожительниц. Они обладают куда более широкими возможностями и привилегиями и способны накапливать опыт и обучаться, что ставит их на несколько ступеней выше гамадриад и даёт шанс выйти на более высокий уровень эволюции. По мере своего развития дриальдальдинна может распространить влияние с одного дерева на целую рощу и даже лес. В этом случае, живущие там гамадриады и иные обитатели переходят в непосредственное подчинение своих старших «сестёр».
ДЭЛЬФÁЙСЫ — прекрасные девушки, красотой сравнимые с кораллами и жемчугами, обитающие в море и изредка выходящие на берег. Они живут на недосягаемой глубине в таинственном городе Фэй Синáль — городе, про который знает каждая рыба, но ни одна из рыб в нём никогда не бывала: диковинные существа, парящие в плотных потоках его улиц, скорее похожи на диковинных животных — птиц, зверей и насекомых, — полупрозрачных созданий, переливающихся всеми цветами радуги. Сияющие сферы домов, точно драгоценные камни, усыпали скалистое дно. Между ними протянулась паутина мостов — ажурное серебристое кружево. Посреди города высится удивительное сооружение — королевский дворец. Он напоминает гигантскую раковину-пурителлу, поставленную вертикально и упирающуюся на дно только своими длинными отростками — изящество и великолепие линий, сверкающая феерия праздника… Где-то неизмеримо далеко вверху сутулые волны сполна изведали океан одиночества: волны находят волну только на берегу. Люди надёжно скрывают печаль и надежду за вуалью мелких забот. Не больше мига дается встречным прохожим, чтобы схватиться за руки.[140] Шёлковая поверхность океана никогда не откроет им тайну чудесного города, где каждый житель — путешественник и поэт, влюблённый и любимый, родитель и ребёнок, — тот, перед кем открыты и все богатства морского дна, и странная жизнь на далёком берегу. Девушки-дэльфайсы и юноши-дэльфайны часто покидают свой прекрасный дом. Их родители уже не ищут опасностей и приключений и остаются в Фай Синале — ждать своих непослушных детей. Дэльфайны не уплывают далеко: они, чаще всего, катаются на подводных течениях и охотятся на гигантских маракул, приманивая их на запах свежего рыбьего мяса. Дэльфайсы же охоту не признают и острых ощущений ищут на берегу, развлекаясь совсем иначе: молодые рыбаки и одинокие туристы так и не узнают, куда же пропадают их очаровательные подруги после весьма бурно проведённых дней. Те же, насладившись «любовью», возвращаются на морское дно, чтобы однажды всплыть в каком-нибудь новом месте и отдаться страсти с новыми партнёрами из рода людей — такими чуждыми и такими притягательными.