— Вот, представляю, жили, не тужили, и вдруг, раз, появилось непрошеное начальство, — ухмыльнулся я, не отрываясь от текста. — И, тем не менее, причём здесь я?!
— Что ты, Василий, всё не так уж плохо, — возразил профессор, пропуская мимо ушей мой последний вопрос. — Старшие дриады, конечно, не подарок, и характер немного крут, да и умны даже слишком, но…
— Легко себе представить, дама, которой несколько сот лет, да ещё и старая дева, наверное, — я немного преувеличенно поёжился. Решил занять выжидательную позицию — сами обо мне вспомнят. Хотят говорить о дриадах — отлично!
— У них немного другое мнение по данному вопросу! — заулыбался Троян Модестович. — Тем более, что и мыслят они в этом направлении очень даже свободно и творчески.
— А я всё думал, о чём это шумят деревья? А они, оказывается, эротически фантазируют. То-то шелест листьев столь сладостно завораживает и тянет на размышления. Ладно. Читаю дальше.
«Около двухсот пятидесяти лет назад по сообществу дриад был нанесён массированный удар, унесший немало их жизней… — я озабоченно посмотрел на профессора. Тот махнул рукой, мол, чего объяснять, просто читай и всё. Я продолжил: — В связи со стремительным прорывом в области науки и техники были уничтожены огромные территории зелёных насаждений. Например, на острове Гаити почти все деревья были обращены в уголь, несмотря на то, что это привело к экологической катастрофе, грозящей смертью всем жителям острова. И так повсюду. Уничтожение деревьев резко сократило количество дриад. И если старшие дриальдальдинны способны защитить свои участки — их магия необыкновенно сильна, — то гамадриады совершенно беспомощны, и гибель их, как правило, ужасна».
Профессор вздохнул. Врахх оставил свою бутылку и сидел, задумчиво ковыряя в ухе. От комментариев воздержались оба.
Выдержав минуту молчания, я продолжил:
«В день лунного противостояния в год поющего единорога состоялся большой Совет пяти великих маххимус-дриальдальдинн, под чьим покровительством находятся пять основных земель планеты. После долгих споров и обсуждений была принята программа по защите оставшихся дриад, а с ними и деревьев, находящихся под их контролем».
— Их решение можно было назвать даже оригинальным, — сказал Троян Модестович. — Они решили действовать исподволь, в обход, не привлекая к себе внимания. Это был своего рода шедевр стратегического искусства, этакое внутреннее биологическое оружие. Sub certa specie…[31] Зачем уничтожать противника, если можно его изменить — взгляды, мысли, мотивацию — и при этом ещё получить массу удовольствия.
— Вы так об этом говорите, что можно подумать, вы попали в список испытуемых объектов, — пробормотал я. — Ну, и как? Приятно быть подопытным кроликом?
— Не без того, не без того… Кстати, кролик ведь не знает, что он испытуемый объект, как ты изволил выразиться, — профессор немного помолчал, глядя на меня задумчиво и сочувственно. Я так и не понял, серьёзно он говорил или нет. — Это была величайшая жертва и величайший дар людям. Можно, конечно, спорить, — чуть помолчав, сказал он и прочитал дальше вместо меня: — «Дриадам позволили вступать в контакты с людьми мужского пола, целью которых было рождение детей смешанной крови. Ребенок-дриальд, зачатый от дриады и человека, соединял качества отца и матери, гармонично совмещая в себе технологическое и природное восприятие мира. Оставаясь внешне обычным жителем города или деревни, который так же как все учился в школе, институте, работал, женился, воспитывал детей и т. д., он обладал способностью слышать Зов великого Леса, неся в своей душе Зерно Истины, передавая его своим детям и внукам», — он оторвался от чтения. — Лет сто назад, может меньше, учёные обнаружили у некоторых людей лишний ген, непонятно для чего существующий. Было отмечено, что имеющий его человек чаще других обладает паранормальными способностями. Сей доклад был изъят одной весьма специфической службой и там и растворился. А случаев смешных поначалу было множество. Да и сколько их было-то!!! Tempus omnia revelat.[32] Давно мы так не веселились, правда, Враххильдорст?