Младший Пол Леру в юношеские годы был высоким, красивым и стройным. У него, прилежного, но мало мотивированного ученика, вызывала презрение мысль об освоении африкаанса, языка, обязательного в школах ЮАР. Кое-какие друзья у него были, однако его вид выражал сознание превосходства, которое усиливалось по мере того, как он взрослел. В высшей школе он высмеивал своих новых сограждан, «тупиц и придурков». В помешанной на спорте обстановке, где парня его комплекции ждали на площадке для регби, он предпочитал видеоигры, в которые играл на приставке, подключенной к семейному телевизору.
По словам его кузена Мэтью Смита — не родственника Дейву Смиту, будущему сотруднику Леру[5], — он заработал на первый компьютер мойкой автомобилей. С первого взгляда на монитор он был пленен возможностью создавать особые миры при помощи цифрового кода. Он стал «совершенно асоциальным, — вспоминал Мэтью. — Всякий раз, когда бы мы ни приходили в дом Леру, оказывалось, что Пол безвылазно сидел у себя в комнате, как в логове. Я помню, что зашел туда и увидел бесконечные линии цифр на экране». Никогда не нарушавший порядков в родительском доме Пол все меньше, похоже, отличал свою семью от невежд, окружавших его в ЮАР.
Когда ему было семнадцать, произошел инцидент, о котором он позднее рассказывал сотрудникам: полиция ворвалась в его дом и арестовала его за торговлю порнографией. Семья была шокирована, однако замяла историю. Та же родственница вспоминала: «Он считал, что это забава. Не стесняясь, сказал, что нашел способ делать деньги и что никто бы ничего не узнал, если бы он продавал Библии, занавески или учебники. А это был доходный бизнес, и его не заботили условности. Вот так все и началось».
К тому времени Леру потерял всякий интерес к стандартным путям: окончить школу, поступить в колледж… Его исключили из высшей школы, и он продолжил интересоваться компьютерами, поступил на курсы программистов в колледж неподалеку. За восемь недель он освоил годовой материал, а за год получил три сертификата о прохождении трех разных курсов.
Поездка с родителями в США с диснеевским парком и всеми удовольствиями разом стала причиной, которая заставила Леру совсем расстаться с семейным очагом. Он влюбился в повседневное техническое оборудование в Америке девяностых: огромные телевизоры и повсюду — компьютеры. Жизнь в Южной Африке внезапно стала казаться провинциальной. Кроме того, апартеид — правление белых в ЮАР — постепенно сходил на нет. Леру предстояла обязательная военная служба в стране, которую он презирал. Кроме того, все увеличивалась вероятность социально-этнических столкновений. Когда семья Леру вернулась домой, он сказал родителям, что намерен уехать.
Восемь месяцев спустя он купил билет в Лондон. Мэтью вспоминал, что в аэропорту его сумки оказались слишком тяжелыми. Он вышвырнул одежду и вошел в самолет с одним чемоданом, полным книг по программированию.
Прибыв в Англию, Леру смог содержать себя сам благодаря техническим познаниям: он ответил на объявление в газете и получил работу в маленькой компании BEI, занимавшейся созданием программ. Один из его тогдашних нанимателей вспоминал: «У него почти не было личной жизни. Ему не нравилась публичность, его не интересовали отношения с кем бы то ни было, насколько мне известно. Он просто утыкался носом в клавиатуру и принимался за работу». Поначалу он не был блестящим изобретателем программ, по словам начальника, но зато с большим умом и тщательностью улучшал коды, написанные другими программистами: «Часто программирование — это конструирование своего на базе чего-то чужого. Как «Лего» — берешь детали и строишь что-то новое».
Леру не знал покоя. Он перебрался в Сиэтл и там продолжил работу на BEI удаленно. В 1994 году он, вернувшись в Лондон (ему был 21 год), познакомился с австралийкой по имени Мишель. Они начали встречаться. Через год он уехал вместе с ней в Сидней. Она была груба и ругалась, как матрос, по словам родственников Пола, однако в 1995 году они поженились. Леру хватался за разные работы по контракту в сфере программирования, благодаря чему все больше проникал в новый цифровой мир корпоративных финансов. Один австралийский банк нанял его для «автоматизации процедуры кредитования» и для такого применения программного обеспечения, которое позволило бы упростить систему SWIFT для международных банковских переводов. В компании, занимавшейся электронными технологиями для поездок, он создал системы цифровых счетов. Для гонконгской брокерской компании — систему автоматического оформления документов, связанных с торговлей. Из всего этого, сознательно или нет, он извлекал познания, пригодившиеся ему в его предприятиях позже.
5
Чтобы не возникало путаницы, я буду в большинстве случаев называть Мэтью Смита по имени, без фамилии. —