Выбрать главу

Александр Силаев

«Критика нечистого разума»

ThankYou.ru: Александр Силаев «Критика нечистого разума»

Спасибо, что вы выбрали сайт ThankYou.ru для загрузки лицензионного контента. Спасибо, что вы используете наш способ поддержки людей, которые вас вдохновляют. Не забывайте: чем чаще вы нажимаете кнопку «Благодарю», тем больше прекрасных произведений появляется на свет!

ВВЕДЕНИЕ С ИЗВИНЕНИЕМ

Здравствуйте! Наверное, надо как-то объясниться по поводу текста. Начнем с того, что есть две новости. Как водится, хорошая и плохая.

Хорошая в том, что этот текст можно читать, начиная с любой страницы, и на любой странице заканчивая. Плохая новость, что не все сочтут новость № 1 такой уж хорошей. Кому-то может показаться, что книга должна походить на книгу — с началом, кульминацией, концовкой, и что бы были части и главы. И список использованной литературы.

Можно догадаться, откуда такая безалаберная книжка взялась — это в основном сборник интернет-постов, кажется, с 2008 по 2010 годы. Она не планировала быть книжкой, ее заставили.

Но попробуем таки структурировать кучу. Список использованной литературы был бы возможен, названий на двести, но пусть лучше это останется в ее бессознательном (если предположить, что у кучи может быть некое бессознательное).

Для начала книжку пришлось как-то назвать. «Критика нечистого разума» название тривиальное, так мог бы назвать свой опус начинающий копирайтер. Это хорошо, ибо выражает наше смирение и отсутствие маний величия. К тому же аббревиатура еще более тривиальна, и буквы КНР уже несут не только смирение, но удобство в запоминании. Далее, придумав эти три слова, мы проверили, и убедились, что их придумал много кто еще. Таким образом, нас можно даже обвинить в плагиате, и это уже оригинальный подход, и смирение, плавно перетекающее в постмодернизм.

Далее. На части куча все-таки делится. Но это сильно неравномерные части.

Первая — аперитив. Или, если угодно, тест. Давайте придадим хаосу геометрический вид, и вообразим, что он имеет форму треугольника. И возьмем три угла. Три статьи, специально не похожие друг на друга. Про политику для какой-то официальной газеты (писано просто). Про литературу — предисловие к одному сборнику (писано с претензией). Про мышление — просто коммент из диалога (писано отчасти на философском арго, не понта ради, просто так экономнее). Если не один углов вас не трогает, всю дальнейшую геометрию можно смело отложить.

Часть вторая — как бы центр тяжести нашего треугольника (у треугольников действительно бывает такая штука, как центр тяжести, правда-правда). Если в первой части было упражнение на растяжку нашего интереса, то здесь медитация, концентрации, дистилляция. Наверное, типовой образец того, что же все-таки хотел сказать пресловутый автор.

Третья часть на порядок больше всего остального. Медленное, от руки — закрашивание нашей фигуры.

Наверное, нужно добавить, что прошло время, я дожил уже до 2013 год, и местами сильно не согласен с автором этой книги. Процентов на 20. Или на 30. Это нормально. Перестав соглашаться с автором, я могу посмотреть на текст, так сказать, извне. Оценить его. Прийти к выводу, что автор, с которым я не согласен, все же не идиот, с ним есть зачем и почему спорить.

Теперь я могу рекомендовать его писание добрым людям.

ЧАСТЬ 1

По углам

Граждане на виду

В разговоре о гражданском обществе обычно подразумеваются два тезиса. Никто эти штуки специально не оговаривает, мол, и так всем понятно. Во-первых, считается, что гражданское общество — это такое благо. Во-вторых, считается, что в России дело с этим обстоит не ахти. Отсюда и течение разговора: а как бы сделать так, чтобы оно, хорошее, у нас приключилась? Это не самый радостный взгляд на реальность, но вообще-то он ее… приукрашивает. Как говорилось в одном коротком анекдоте, жизнь жестче. Хотя и интереснее.

1

Неприятное известие заключается в том, что гражданское общество в России все-таки есть. Но это не совсем то, что можно поставить в красный угол и явить дорогим гостям как национальную гордость. Иногда это нечто такое, что хочется скорее задвинуть тапком под диван, пока дорогие гости не загляделись: а чего это там у вас такое копошится?

Любой разговор «по понятиям» (а уж тем паче по понятиям философическим и научным) уместнее начать с прорисовки самых понятий. А что мы вообще имеем ввиду, ставя слова в данное сочетание? На понятиях вообще обычно стоит копирайт от классиков, и мы не можем трактовать их по своему произволу. Что, например, имеет ввиду Георг Гегель, внося в политическую философию это самое «гражданское общество»? А там сказано примерно так: это территория между государством и семьями. Все, где уже не семья, еще не государством, а люди состоят в каких-то связях.

И если с этой формулой в голове мы окинем российскую географию, и не забудем российскую историю, то увидим много прелюбопытного. Мы увидим сети связей, мало того, что не прописанных в реестрах и табелях государства, но еще для государства непрозрачных. Сети земляков, одноклассников, однокурсников, вместе служивших, вместе пивших, вместе спавших, вместе завербованных, вместе верующих и вместе грешивших. Это сильно разное, но все аккуратно по Гегелю. От «пацанов с одного двора» до «методологического сообщества имени Щедровицкого», от «я с ними бухал» до «бывших разведчиков не бывает».

Все это зачастую устойчивые компании, в полной боевой и деловой готовности, способные «решать проблемы». Зачастую для решения проблем специально созданные. Например, то, что разумеется под бандитскими бригадами — упало не с неба, а было ответом на ситуацию почти полного исчезновения государства в недавнем историческом прошлом. У человека проблемы от «не вернули долг» и «выкинули с работы» до «изнасиловали жену», легальной управы нет, не говоря об экономическом арбитраже, и он вспоминает, что с кем-то когда-то, например, занимался спортом, или служил в каких-то хитрых войсках. Проблема решается, а внезапно обнаруженный силовой ресурс начинается использоваться по прайсу. Дальше — больше, и вот мы уже видим то, что на политкорректном жаргоне можно назвать «непрозрачным субъектом экономической активности».

Если мы посмотрим совсем цинично, то «непрозрачный субъект» окажется в ядре почти любых легальных процессов. Не обязательно это сразу «мафия», давайте без сильных выражений, скажем просто «личные отношения». Вопрос, где кончаются должностные инструкции и начинаются эти самые отношения? И если они вступают в противоречие — чему следуют? «Ты больше другу веришь или бумажке»?

В итоге возникает ветвь власти, неформальная, не прописанная ни в каком законе, но более чем влиятельная, назовем ее «Баня». Есть, значит, власть исполнительная, законодательная, судебная, а еще есть «Баня». И у Бани есть сильные преимущества. Для государства она, как правило, непрозрачна, а государство лежит перед ней на блюдечке, очевидное и доступное. Это раз. В отличие от официальных структур, Баня оперативна в решениях, это два. Наконец, если человек вхож и в Государство, и в Баню, решения Бани для него приоритетнее, чем решения Государства, это три.

Вот это и есть наше с вами российское гражданское общество. Иногда его называют коррупцией.

По сути, это такая социальная сеть. Ограниченность доступа искупается ее действенностью. Любой желающий может ощутить себя с людьми, получив страничку в ЖЖ или «ВКонтакте». Можно обмениваться записочками и фоточками. Следующий уровень социальной сети, ее, говоря масонским жаргонам, градус — это когда сеть дает возможность «решать проблемы». Чем выше градус, тем реальнее проблематика. «Заступиться за человека», «продавить вопрос», «освоить бюджет».

Даже живущие на периферии этих процессов чувствуют, как это работает. Очень даже эффективное гражданское общество. Любое государственное решение увязнет в нем, как в болоте. Не будем демонизировать наших «общественников»: увязнет как хорошее, так и плохое. Если будет найден рецепт достижения всеобщего счастья за пятилетку, увязнет счастье. Если некий тиран решит истребить народ, увязнет истребление. И в обоих случаях Баня не проиграет.