— Я помогу тебе, дядя.
— Давай помогай, — сказал иностранный гангстер. — А не то я сделаю это сам.
Намвар помог дяде вставить контактные линзы. Сайрус дрожал, то ли от обиды, то ли от возмущения — Намвар не мог сказать. Теперь было слишком ясно, к чему все шло с самого начала, и Намвару собственное безразличие стало казаться намеренной слепотой. Он ведь знал, что здешнее ополчение выходит за рамки закона; что оно торгует наркотиками и оружием, как и все ополчения. У ополчения имелись даже свои муллы и мечеть, расположенная в этом же самом здании, но от добродетели оно отстояло довольно далеко. Он это знал, так отчего же ему было так трудно разглядеть, что Санобар еще теснее сошелся с этим международным организованным преступным синдикатом?
Он зашагал с Сайрусом к лестнице, но Санобар положил руку ему на плечо:
— Куда это ты собрался?
— Дядя сказал, что я могу присутствовать при переговорах.
— Ты остаешься здесь.
— Все в порядке, Намвар. — Сайрус пугающе посерел; внезапно он приложил руку к уху, в которое вставил коммуникатор. — Да, я слышу вас. Нет, простите. — Он быстро опустил руку. Его глаза слегка расфокусировались — признак того, что он видит через линзы нечто вроде AR-дисплея. — Я готов.
Намвар стоял как можно дальше от прочих и наблюдал за ходом «переговоров», разворачивавшихся в ярко освещенном, привлекательно оформленном торговом зале. Сайрус стоял в центре полукруга стульев, на которых сидели члены городского совета. Санобар включил микрофон, и вот через динамик на стене отчетливо донеслись голоса.
Сайрус прочистил горло и сказал — не слишком уверенным тоном:
— Теперь вы работаете на нас.
Половина членов совета вскочила на ноги.
— Кто ты такой, чтобы нам подобное заявлять? — крикнул один из них.
— Не говорите так, — сказал другой. — Нас всех прослушивают и просматривают. Все, что мы говорим, транслируется в Интернет согласно протоколу «Меньшого брата»241. Все уже знают, что вы задумали. Даже если мы подчинимся вам, люди просто отвернутся от нас, потому что поймут, что власть перешла в другие руки.
— Во-первых, — сказал Сайрус, — половина из вас и так коррумпирована, и людям это известно. Во-вторых, ваш протокол «Меньшого брата» здесь не сработает. Все передачи из этой комнаты перехватываются и подменяются. — И добавил, болезненно морщась: — Прошу прощенья, только никто за пределами этого зала не услышит, о чем здесь говорится на самом деле.
На втором этаже уголовник-иностранец, стоявший рядом с Санобаром, стукнул по стеклу кулаком:
— Не смей извиняться! Ты выглядишь паршивым слабаком!
Сайрус поднял одну руку, пережидая, пока крики у него в ухе смолкнут.
— Но я думаю, вам понравится, как все устроится, когда вы вникнете в суть, — сказал он. — Мы хотим от вас всего одного — отмените соглашение с фермерскими союзами о закупке зерна.
Отцы города внезапно замолчали. После долгой паузы один из них сказал:
— Это не в нашей юрисдикции. Многонациональное правительство такого не потерпит.
— Многонациональное правительство разваливается, — заметил Сайрус. — Оно не более чем марионетка иностранной коалиции. В течение многих лет оно заставляло вас вливать деньги из городских налогов в сельскую местность. Они даже не доходят до фермеров. Вы ведь это знаете! Они отходят к ополчению…
— То есть, как у вас? Мы знаем, что вы работаете на Санобара!
— Деньги кормят полевых командиров и криминал в сельской местности, тогда как должны оставаться в Урлии. Через это соглашение вы фактически платите налоги организованной преступности.
Среди членов городского совета послышалось бормотание. Намвар недоумевал, ибо сказанное Сайрусом было лишь обычной общеизвестной истиной: вертикальное земледелие сделало ненужной сельскохозяйственную глубинку, даже для города размером с Урлию. Городское население возмущалось попытками правительства из благих намерений поддержать на плаву сельское население, использующее канадские ГМ-культуру. Сайрус фактически вручал членам совета аргумент, который они могли бы использовать перед своими избирателями.
— Урлия находится на грани анархии, — продолжал Сайрус. — Люди уже забаррикадировались в своих кварталах — пуштунский квартал, индусский квартал, квартал бахаи. Они все равно не обращают на вас никакого внимания. Но мы можем обратить ситуацию.
Наступила тишина.
— Расторгните соглашение о закупке зерна и выселите всех фермеров, которые самовольно заняли жилье на городских землях, — велел Сайрус. — Вы обязуетесь покупать все продукты питания местного производства на вертикальных фермах.
241
Протокол «»Меньшой брат» [