Ранее полученные материалы оперативных и следственных подразделений по делам об измене Родине в форме шпионажа в отношении майора ГРУ Филатова, оперуполномоченного КГБ Армянской ССР прапорщика Григоряна, третьего секретаря посольства СССР в Колумбии Огородника, сотрудника Управления «Т» ПГУ КГБ СССР подполковника Ветрова, офицера ГРУ старшего лейтенанта Иванова и научного сотрудника НИИ Госкомитета по гидрометеорологии Павлова хранились мертвым грузом в архивах разных оперативных подразделений, которые, как «собака на сене», держали его под спудом. Не находили применения эти материалы и в учебном процессе Высшей школы КГБ СССР имени Дзержинского, где в течение многих десятилетий подготовка будущих контрразведчиков и следователей осуществлялась только на уголовном деле Пеньковского.
Обращение же к материалам других уголовных дел препятствовалось руководством оперативных подразделений под предлогом необходимости соблюдения норм секретности, а фактически за ними скрывались тогда ошибки и недочеты самой контрразведки. Нарастающее количество уголовных дел на «кротов» и перебежчиков, таких как Постоянный представитель СССР при ООН — заместитель Генерального секретаря ООН Шевченко, сотрудник резидентуры ГРУ в Греции подполковник Бохан, старший научный сотрудник Института истории АН СССР Глаголев, сотрудник резидентуры ГРУ в Женеве майор Резун (ныне известный под литературным псевдонимом Суворов), начальник отделения 8-го Главного управления КГБ майор Шеймов, сотрудник резидентуры ПГУ КГБ в Тегеране майор Кузичкин, заместитель резидента ПГУ КГБ в Марокко Богатый и другие, мало что могло дать в плане подготовки кадров для контрразведки и следственных подразделений. Поэтому приходилось основываться главным образом на выводах ведомственных служебных расследований. Учитывая все эти обстоятельства, полковник Жучков предложил начальнику отдела Кузьмичеву Виктору Михайловичу[92] и заместителю начальника Следственного управления генерал-майору Загвоздину Александру Васильевичу[93] доверить дальнейшее ведение следствия по делу Полякова подполковнику Духанину[94].
— Я уверяю вас, что только Духанин сумеет переиграть Полякова и получить от него данные, где нам надо искать уликовые материалы. Вы же помните, как он блестяще зарекомендовал себя по делу на сотрудника Управления «К» ПГУ подполковника Полещука.
На раскрасневшемся от июльской жары лице Загвоздина мелькнула одобрительная улыбка: он хорошо знал следователя Духанина и был доволен подсказанным вариантом решения проблемы.
— Но он же в отпуске, — заметил вдруг начальник отдела.
— Других свободных и опытных следователей у нас нет, — парировал Жучков. — Надо отзывать его из отпуска. Александр Сергеевич, как никто другой, умеет докапываться до истины, отделяя ложь и вымысел.
Кузьмичев согласно кивнул и, сделав небольшую паузу, сказал:
— Да, он имеет солидный опыт расследования дел, дорога изобличений ему хорошо знакома, но как он отнесется к тому, если мы прервем ему отпуск, которого он ждал два года?
— Да не будет он, Виктор Михайлович, возражать. Работа по делу о шпионаже, да еще и на генерала из военной разведки — это же неплохая компенсация для следователя-профессионала за недогулянный отпуск.
— А где находится Александр Сергеевич? — поинтересовался генерал Загвоздин. — Он в санатории или здесь, в Москве?
— Вчера я наводил о нем справки. Он сейчас в Москве, — ответил Жучков. — Два дня назад вернулся с Урала, с отдыха в родных местах.
Генерал бросил вопросительный взгляд на начальника отдела Кузьмичева.
— Ну что, Виктор Михайлович, будем отзывать его из отпуска?
— Да, товарищ генерал.
— Тогда переговорите с ним сначала сами по этому вопросу. Если же он не захочет прерывать отпуск, в таком случае я подключусь к беседе с ним…
Уговаривать и убеждать подполковника юстиции Духанина в необходимости досрочного выхода на работу не пришлось. Жучков передал ему все материалы уголовного дела, протоколы четырехдневных допросов и предупредил о том, что для изучения их ему отводится только пять дней.
Через неделю Духанин доложил начальнику отдела в присутствии Жучкова о своей готовности приступить к допросам арестованного генерала.
Кузьмичев мягко улыбнулся и спросил:
92
Кузьмичёв В.М. — Почетный сотрудник госбезопасности, кавалер трех боевых орденов, имел на своем счету не одно раскрытое дело по шпионажу. Умер в 2002 году.
93
Загвоздин А.В. — участник Великой Отечественной войны, Почетный сотрудник госбезопасности, награжден орденами Красного Знамени, Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, Знак Почета и Отечественной войны, заслуженный юрист РСФСР. Непосредственно сам расследовал дело на Пеньковского и Винна. Под его руководством Следственным управлением расследовались все наиболее значимые дела по шпионажу.
94
Духанин А.С. — начальник отделения 2-го отдела. Именно Жучков А.Г. в 1980 году пригласил его, старшего следователя Военной прокуратуры Московского военного округа, майора юстиции, перейти для прохождения дальнейшей службы в следственное подразделение КГБ СССР.