Киёси Курода, Бык-Кровь и самый почтенный охотник из всех, вышел из зала и раскинул длинные рукава, приветствуя Рена. По крайней мере, так думал молодой охотник, пока Фуюко не устроилась в распростертых объятиях и, закрыв глаза, не прижалась лицом к груди старика. Когда она подняла глаза на жреца, Рен увидел любовь в ее глазах и в глазах Киёси.
— Петух, — сказал Киёси, приветствуя молодого человека кивком.
Он постарел, подумал Рен. Когда они виделись в последний раз, Киёси Курода по-прежнему держался прямо, и его плечи не сутулились. Он был морщинистым человеком, но эти морщины появились из-за жизни под солнцем. Теперь они принадлежали человеку, который десятилетиями страдал от лишений. Рен спросил себя, сколько из них появились за последние несколько дней.
— Рад тебя видеть, Бык, — ответил Рен, кивая в ответ.
Фуюко, казалось, разозлило использование этого прозвища, и она все еще не отпускала священника. Старик осторожно высвободился из объятий своей возлюбленной и вышел из здания.
— Я рад, что Осаму-кун прислал тебя, — сказал священник, когда они обменялись рукопожатиями. — И тебя, юная мико, — продолжил он, беря Сузуме за руки. — И тебя, Маки. — Его морщинистое лицо растянулось в искренней улыбке, адресованной львице-собаке, которая гавкнула от удовольствия. Около пятидесяти человек, собравшихся во дворе, ахнули, когда она это сделала.
— Мне жаль, — сказал Рен. — Мы задержались в дороге, и…
Киёси поднял руку, призывая Рена замолчать.
— Ками и Осаму-кун выбрали тебя и твой путь. Все это произошло не просто так, и не о чем сожалеть. Хотя, боюсь, приезд сюда был самой легкой частью твоего путешествия.
— Чем мы можем помочь? — спросила Сузуме.
— Нам есть о чем поговорить, — ответил священник. — Но сначала позвольте мне познакомить вас с вашей миссией. — Последнее он произнес, разворачиваясь всем телом в сторону зала, где появилась маленькая девочка, не старше семи-восьми лет.
Она протерла глаза, то ли просыпаясь от шума, то ли борясь со сном. Ее розовое кимоно, украшенное лепестками сакуры, прикрывало ее ноги и руки, хотя из левого рукава торчал мяч для кэмари[20]. Длинные распущенные волосы девочки волнами доходили ей до груди, потому что до начала всей этой суматохи она лежала. Колокольчики мяча зазвенели, когда она, зевая, потянулась, и она застыла в этом положении, когда заметила во дворе светящуюся львицу-собаку.
— Комаину! — крикнула она, сбегая по ступенькам, не заботясь о том, чтобы надеть обувь.
— Подожди! — сказал Рен, когда понял, что ребенок хочет погладить огромную собаку. Но жрец схватил его за запястье и не дал прикоснуться к девочке. Рен невольно закрыл глаза и поморщился, ожидая боли, которую она испытает, когда доберется до его хранительницы. Но ничего не последовало, кроме ее смеха.
— Она такая милая, — взвизгнула девочка.
Рен открыл глаза и увидел, что девочка, целая и невредимая, трется о морду Маки. И как будто этого было недостаточно, он с благоговением осознал, что все люди во дворе низко кланяются, включая Маки, Фуюко и, что, возможно, еще более удивительно, Сузуме.
— Киёси, — раздраженно позвала девочка, — кто этот грязный человек, который не кланяется? — Ее мячик снова звякнул, когда она указала им на Рена.
Он почувствовал, как кто-то дернул его за пояс, и собрался выругаться, но рывок был таким сильным, что он упал на правое колено. Сузуме была тем, кто тянул, или, точнее, понял он, когда их взгляды встретились, это сделала Суги. Ее лицо напряглось, а зеленые глаза, казалось, светились благоговением. Она даже дрожала.
— Его зовут Рен Фудо, принцесса Аяко, — ответил священник, слегка склонив голову. — И отныне он ваш защитник.
— Черт, — прошептал Рен сам себе.
Глава 12
Нет Выхода
— Теперь ты понимаешь, почему мне понадобилась твоя помощь? — спросил Киёси, когда Рен опустил подзорную трубу.
Как и заявил Бык-Кровь, императорский дворец превратился в раскаленные угли и большинство храмов постигла та же участь, кого несколько часов, кого дней назад. Улицы были пусты, если не считать солдат-марионеток, несколько их отрядов прохаживалось патрулем, хотя большинство ныне стояло вокруг горы.
Солдаты, по крайней мере, послушно маршировали, не более того. Другие ёкаи наслаждались разрушением города. Рен заметил, как двое нуэ сдирали плоть с гниющего тела крупного мужчины, а другой бегал за уличной собакой. Даже если в столице все, когда-нибудь, уладится, её наводнят мстящие призраки.
20
Кэмари — традиционная японская игра с мячом, разновидность футбола. Цель — сохранить мяч в воздухе с помощью командных действий нескольких игроков.