Выбрать главу

Майкл Стакпол

Кровавое наследство

Серия: Боевые роботы (Battletech) – 21

ПРОЛОГ

Шаттл «Чарльз Мартел»

Вектор Терра 29317

31 января 3051 года

Прикоснувшись к холодным каменным подлокотникам, Анастасиус Фохт сразу догадался, что находится на троне Аркона. В полудреме, в самой сердцевине сновидения, он обнаружил, что вокруг него знаменитый парадный зал – исполинские двери в сумеречной глубине почти сливались со стенами. В той стороне густела прозрачная аспидная тьма... Вот что еще явилось в сознание – убежденность в том, что он не один. По крайней мере два боевых робота, два внушающих ужас «Грифона» стояли у него за спиной. Неумолимые, вызывающие трепет в душе стражи, более чем пять веков охранявшие престол правителей Содружества Лиры.

Теперь и тени начали шевелиться, отделяться от стен, заполнять помещение. Трепет проник в сердце, когда один из силуэтов оформился в знакомую человеческую фигуру и, прихрамывая, приблизился к возвышению. Фохт различил памятное ему лицо – этого не могло быть. Этот человек умер двадцать лет назад!

– Прочь! – с трудом вымолвил Фохт. – Прочь! Ты умер. Тебя нет на свете!..

Анастасиус даже попытался выкрикнуть эти слова – хотел разбудить себя, охладить голову, прогнать этого незваного, жуткого гостя.

Видение, как будто угадав его оторопь, остановилось в десятке метров от трона и куртуазно поклонилось. На его угадываемом лице появилась надменно-брезгливая улыбка, свойственная влиятельным знатным придворным.

– Конечно, милый друг. Непременно! Но какое это теперь имеет значение?..

Фохт, бессильно злобясь на себя, ударил кулаком по правому, холодному как лед подлокотнику.

– Я не позволю! Немедленно прекратить!.. – воскликнул он и ткнул пальцем в замершее смутное очертание. – Не сметь, Альдо Лестрейд! Я узнал тебя. Твоего имени давно уже нет в списках личного состава. Ты испарился! Понимаешь? Ты погиб и исчез в небытии.

Дух равнодушно пожал плечами – струящаяся мертвенно-бледная зыбь пробежала по его бестелесной фигуре.

– Физически – да. В общепринятом смысле я отбыл в мир иной годы и годы назад. Интересно, как это произошло? Говорят, меня отравил негодяй, которого я, сам не ведая о том, когда-то породил.

Он неожиданно мерзко захихикал.

От этого смешка жуть оледенила сердце Фохта, а незваный гость с какой-то отчаянной веселостью продолжил:

– Я существую теперь в недрах твоего сознания. Забился в подполье и жду-дожидаюсь своего часа. Как видишь, эти годы не отразились на мне – я все тот же, полон сил, энергии. Даже хохочу временами... Да-да, я знаю о сеансах медитации и погружениях в облегчающую меланхолию, которыми изводили тебя буддийские монахи. Знаю и о сеансах психотерапии, которым подвергали тебя адепты Ком-Стара. Я все знаю... От меня ничего не скроешь... Все они пытались освободить, тебя от мучительных воспоминаний, свести, так сказать, к нулю уровень угрызений совести. Как видишь, результат налицо. Я тут как тут, живехонек и здоровехонек. Разве что не хватает прежней, набитой скверной, тесной оболочки, но это такие пустяки. Не правда ли, регент по военным вопросам?.. Тем более что теперь я способен видеть тебя насквозь. Греховные вожделения, предупреждаю тебя по-дружески, погубят и твою плоть, если ты не откажешься от них. Или осуществишь свои тайные помыслы на деле. Сколько можно грезить о власти?!

Тень обвела руками зал.

– Будем считать, что ты добился своего, – продолжил дух Лестрейда. – Ты занял трон правителя Содружества Лиры. Наконец жажда власти, которая мучила тебя всю жизнь, удовлетворена. Будем считать, что хотя бы во сне получилось по-твоему.

Фохт надменно вскинул седовласую голову. Он был одноглаз, лицо – в морщинах.

– Ты ошибаешься, Лестрейд. Тот человек, который рвался к власти, давным-давно сгинул.

Он указал на свое широкое, свободно струящееся от плеч к подножию трона одеяние. Как раз на уровне груди, на левой стороне, сияла вышитая эмблема – золотая звезда.

– Как видишь, я теперь служу Ком-Стару и следую Заповедям Блейка. Этот трон и власть в Арконе по праву принадлежат Мелиссе Штайнер-Дэвион. Я ее верный подданный и склоняю голову перед обоими правителями-супругами. Я горжусь, что у меня хорошие отношения и с Мелиссой, и с Хэнсом Дэвионом.

Дух опять захихикал, теперь в его кудахтающем смешке отчетливо прозвучала горечь.

– Ты, старый дружище, можешь говорить все, что угодно. Правильно, отрицай, клянись в верности, но меня тебе провести не удастся. Не надо мне лгать – я знаю правду. Ту, что таишь на донышке сердца... Ты по-прежнему по-волчьи жаждешь власти. Вот почему я навеял этот сон – теперь ты воочию можешь убедиться, что твоя мечта осуществилась. Может, этот знак, – дух указал на звезду на груди Фохта, – откроет тебе тайну недалекого будущего? Может, этот сакральный символ... Поди разберись... Все равно рано или поздно ты должен будешь использовать силу – тогда трон будет твой.

Фохт с трудом справился с трепетом, которым откликнулся на слова привидения, даже улыбнуться себя заставил.

– Такими мыслями тешиться в пору глупцам или необузданным юношам. Кто поверит, что я все еще вынашиваю идею захвата трона? Я первый не поверю. Это безумие!.. Зачем он мне? Я и так силен. В качестве регента по военным вопросам я держу под своим началом более пятидесяти штурмовых батальонов. Есть еще одна тонкость – если я пожелаю, они откажут в повиновении Мелиссе. Но я никогда этого не пожелаю. Я не желаю этого желать, понятно?

– Угу, – огрызнулся дух Лестрейда. Его невесомая, мертвенно-бледная, чуть подрагивающая плоть начала растекаться, тускнеть, терять форму. – В решающую минуту ты всегда испытывал робость, тебя всегда приходилось подталкивать.

– Замолкни! – Фохт вскочил, попытался ногой ударить привидение. Не достал. – Ты никогда не влезал в шкуру боевого робота, которым тебе доводилось командовать. Ты даже не знаешь, что есть код, который внушает им понятия чести, верности, благородства. Эти слова всегда были для тебя пустым звуком. А ведь именно подобные программы спасают их интеллект от разрушения, реакторы – от взрыва, металл – от коррозии. Передавая такое страшное оружие в чьи-то руки, следует быть уверенным не только в водителе, но и в самой машине. – Единственный глаз Фохта разгневанно вспыхнул. – Ты изменил мне, когда был жив. Почему я должен верить тебе сейчас?

Фохт повернулся и повел рукой в сторону двух «Грифонов», стоявших позади трона.

– Прошло более шести столетий, как боевые роботы стали главными героями сказок. Мало-помалу сложилась целая мифология, вытеснившая древние представления о носителях добра и зла, о воплощениях света и разума и исчадиях ненависти и тьмы. Мы окружили себя подобными верованиями и вещами, они давным-давно живут в нас и среди нас. Это новая реальность. Вместе мы переживаем смуту после падения Звездной Лиги. Ты учти – именно боевые роботы первыми отказались воевать, первыми воткнули штыки в землю!.. Сколько может продолжаться эта вакханалия? Сколько можно бесконечно убивать братьев по металлу, братьев по плоти, уничтожать города, сжигать поселения... Люди ослепли от злобы и ненависти, а боевые роботы сохранили ясность мысли. Да, они исполняют приказы, они не могут иначе, но это не их выбор. Что мы теперь имеем? На сегодняшний день?.. Во много раз сократились производственные мощности; что еще хуже – за эти мрачные десятилетия мы утратили многое из того, что знали и умели наши предки. Теперь наши боевые машины не обладают и половиной тех возможностей, которые были свойственны их прапрадедушкам, вступавшим в битвы. Люди тоже не остались в долгу. Кто теперь самый ненавистный враг для терранина? Точно такой же брат терранин, только живущий за бугром, в соседней звездной системе. За эти годы мы позабыли, что такое единое человечество. А наши правители? С какой целью они используют своих боевых роботов? Чтобы вырвать у соседа какую-нибудь нищую планетку. Исключительно! На все остальное им наплевать! Вот и роботы нужны им дуроломные. К чему им умники, которым придется объяснять смысл и цели войны. Чем больше и страхолюдней, тем лучше!