Дверь распахнулась, впуская в натопленное помещение Лан Вэя и телохранителя. Славка робко поздоровался и сел на низкой лавочке. Следом за ними вошел Жига и прислонился к дверному косяку.
— Прикрой створки — не лето, — Быра потянулся за пачкой сигарет, — и топай на фишку. Без тебя обойдемся.
Жига неслышно вынырнул из барака, аккуратно закрыв дверь.
— Садись, друг желтолицый, — Паша хрумкнул крекером и запил чаем, — поговорим за дело.
Лан Вэй даже глазом не моргнул на такое нетривиальное приветствие. Он прошел к столу, отодвинул тяжелый крашеный табурет ногой и сел напротив коменданта. Минуту они изучали друг друга, словно никогда до этого не виделись. Потом Паша усмехнулся, отставил кружку в сторону, положил руки с узкими запястьями на стол, сцепил их в кулак.
— Недовольны тобой, Дракон, — сразу обозначил проблему Паша, — цену сбивать начали твои дружки по всем приискам. А все на тебя указывают. Дескать, ты подговариваешь бизнесменов снизить закупочную цену. Сохатый приказал мне поговорить с тобой.
— О ценах? — усмехнулся Лан Вэй. — А зачем? Все прекрасно знают, что возросли риски с перевозом через таможню, рынок нефрита насыщается, цены падают….
— Ой-ой! — Паша поморщился как от зубной боли. — Здесь две проблемы, и обе они твои. Ты их должен решать своими способами. Таможня? Подкупай. Рынок насытился? Сбавьте товаропоток на время, неужели не понятно? Искусственный дефицит — лучшее лекарство для бизнеса.
Паша никогда не стремился щеголять уголовными терминами, не любил говорить «по фене», но от этого не становился менее понятным для собеседника. Пусть даже он и был причастен к преступному миру, но язык свой старался не засорять.
— Дурочку валяют, — насмешливо сказал Быра, выпуская дым в потолок, — все они знают, черти узкоглазые.
— Разве я узкоглазый? — Дракон посмотрел на мужика, потрогал свои щеки пальцами, потом поднес их к глазам, делая попытку растянуть по краям. — Неправильно, уважаемый Быра, я не узкоглазый, у меня немного другая антропометрия. А по поводу демпинга — вы ошибаетесь. Да, мы снизили закупочную цену до двух тысяч долларов за килограмм, но ведь я периодически поставляю оборудование, прикрываю ваш прииск от силовиков.
— Оборудование — фуфло, — заметил Быра, — а прикрытие от федералов — чушь полная. За полгода уже три прииска накрыли. Где оно, ваше прикрытие? Только не чеши мне, что имеешь влияние у ментов!
— Уважаемый Быра не понимает ситуацию, сложившуюся в данный момент, — Дракон старался быть вежливым, но злобный зверь уже начинал грызть нутро. Грязный уголовник видел только свою выгоду, и чтобы получить профит, будет давить до конца. Так дела не решаются. И Паша тоже хорош. Он даже не предложил выпить чаю в знак добрых отношений и партнерства, сидит напротив и хрустит этими чертовыми крекерами!
Дракон вздохнул:
— Мы предлагаем три тысячи долларов за килограмм, но только в знак уважения к нашим постоянным партнерам, но это все, что я могу предложить. Это цена окончательная, обсуждению не подлежит. Три тысячи!
Паша и Быра переглянулись. Кажется, им удалось выторговать что-то у хитрого китаезы! Это, конечно, тоже мало, учитывая нарастающую популярность «зеленого бизнеса»! Но Сохатый будет и этому рад.
— Сколько у вас на складе нефрита? — деловито осведомился Дракон, усыпив бдительность коменданта и его цепного пса.
— Сто пятьдесят килограммов, — тут же ответил Паша. — Это хороший камень, парни недавно обнаружили.
Он встал, подошел к самодельному шкафу, покопался там и вернулся к столу, положив на него со стуком большой кусок белого нефрита, а рядом — чуть меньше размером камень светло-голубого цвета. Дракон сглотнул слюну. Какой великолепный день! Белый нефрит, имеющий шелковистую поверхность, прозрачность — настоящий Бай Юй[5]! А второй камень тоже чудо как хорош своим нежным цветом, ласкающим взгляд!
— Все сто пятьдесят килограммов — это белый нефрит? — стараясь скрыть волнение в голосе, деланно равнодушно спросил Дракон.
— Около ста, — ответил Паша, заметив алчный блеск в глазах китайца, — остальное — вот этот, голубой. Три с половиной за белый камень, Вэй!
— Подожди, не торопи меня! — вздернул руку Дракон. Он задумался. Червяк сомнения поселился в его душе. Если бы не эти чертовы сны, которые заставляют его нервничать. Еще не было такого, чтобы они не приносили несчастья. Как раз наоборот. Чудовище появилось — жди беды. Надо брать камень и быстро уматывать отсюда. Грядет ужас, с которым Дракон встречаться не хотел.
— Я согласен на три с половиной. Но это окончательная цена. Больше я не имею права дать. Хозяева будут недовольны.
Быра и Паша снова переглянулись. Что-то они задумали, да увидит их злые помыслы Юйди[6]! Дракон внутренне напрягся, сделал незаметный для присутствующих знак пальцами правой руки сидящему сзади Тао, чтобы тот глядел в оба.
— Уважаемый Паша что-то еще хочет сказать?
— Дело вот в чем…, - комендант почесал затылок, сделав вид, что очень смущен, задерживая покупателя, — Сохатый через три дня приезжает на прииск, и хочет поговорить с тобой с глазу на глаз.
— Почему бы ему не встретиться со мной где-нибудь в приличном месте? — вежливо спросил Дракон, понимая, что это лишь причина оставить его здесь, чтобы потом вместе с хозяином надавить на него. — Я мог бы заехать в Улан-Удэ или на худой конец подождать его в Романовке. Зачем нам всем такие трудности?
— Он настаивал на таком варианте, — Паша был непреклонен.
Дракон задумался. Принятое решение далось ему нелегко. Вообще, он мог приказать Тао ликвидировать этих уголовников, но сто пятьдесят килограммов минерала он не успеет перетаскать в машину. Их просто расстреляют, пока они будут бегать с ящиками по открытой местности. Если бы не сны!
— Хорошо, мы подождем его здесь, — ответил Дракон, — но если через три дня Сохатого не будет на прииске — мы уезжаем. Товар я не буду оплачивать до тех пор, пока он не окажется в машине.
Комендант и Быра облегченно вздохнули. Какими бы они не были маргиналами, но устраивать пальбу никому не хотелось. Решать дела без оружия было лучшим решением в их положении.
Движок патрульного «уазика» заглох в подходящем месте. Лейтенант Святской даже был рад этому. Удобный съезд позволил забарахлившей машине убраться с трассы, чтобы не маячить на виду у проезжающих машин. Совсем неподалеку протекал небольшой ручей, гнавший стылую воду куда-то в южном направлении. Святской дал указание водителю — сержанту Бочарову — чтобы разобрался в причине поломки, а сам вместе со старшиной Луценко спустились по травянистому откосу вниз, чтобы справить нужду и пополнить фляжки водой. Оружие они взяли с собой. У каждого был автомат. Личный приказ Тимохина, руководившего операцией по задержанию пришельцев, был доведен до каждого, кто уходил в патрулирование трассы. В любом месте и в любой момент твари могли пересечь дорогу и скрыться на плоскогорье. Без оружия теперь ни один патруль не выезжал на трассу.
Святской видел отчеты и видеоматериалы, показанные каждому офицеру для более детального вникания в ситуацию. Тимохин сказал, чтобы все прониклись, что ожидать от тех, кто режет головы людям. Лейтенант проникся. И теперь на протяжении своего участка патрулирования не давал покоя Луценко и водителю, требуя от них бдительности и зоркости.
— Товарищ лейтенант! — взмолился водитель, посматривая на Святского. — Ну, сколько можно повторять, мы уже поняли! Да и не пойдут они здесь, зуб даю! Я же видел, как вы на карте отмечали последнюю точку нахождения пришельцев. Это в сорока километрах от нашей дислокации!
5
Бай Юй — белый нефрит, имеющий самую большую ценность в Китае. Добывается в Кашгарском районе. Безупречный Бай Юй имеет цвет как «баранье сало», жирный блеск, просвечивается насквозь и имеет гладкую шелковистую структуру. Именно из такого камня был сделан кролик для сережек жены 13-го императора династии Мин, которые были найдены археологами при вскрытии могилы.
6
Юйди — в китайской мифологии верховный владыка, которому подчинялась вся вселенная: небеса, земля и подземный мир, все божества и духи. Древние представляли его себе сидящим на троне в великолепном императорском халате с вышитыми драконами, в царском головном уборе, с нефритовой дощечкой в руке.