• Всем известно, что я — язва здешних мест. (Там же).
• Я не гений. Вот Бор гений. И Эйнштейн гений. А я не гений… Но я очень талантливый. (Из книги А.М. Ливановой).
• Ученым бывает пудель. Человек может стать ученым, если его как следует проучат. А мы — научные работники. (Там же).
• Есть люди, на которых поглядишь, и сразу видно, что они — «жрецы науки». Они жрут за счет науки. Никакого другого отношения к науке они не имеют. (Там же).
• Тот, кто сдает ради отметки, не любит экзаменоваться, а тот, кто ради знаний, — любит. (Там же).
• Когда фильм скучен, его для меня не спасут никакие режиссерские «находки». Я не выношу уже самого этого термина. (Там же).
• Первое, к чему стремится девушка — обезобразить себя прической. (Там же).
• Три признака, по которым выбирают подарок: большой, дорогой, ненужный. (З.И. Горобец-Лифшиц, устное сообщение).
Талантливые рукописи рано или поздно издаются. (Из 2-й книги М.Бессараб. Приводя это высказывание Ландау, М. Бессараб прямо признается, что имеет в виду свою книгу о Ландау.)
• Ученые должны разговаривать, а не скрываться друг от друга. (Там же).
• Науки бывают естественные, неестественные и противоестественные. (Из ответа студентам. — Там же).
• Бойтесь странностей. Все хорошее просто и понятно, а где странности, там всегда какая-нибудь муть. И вообще приучите себя к тому, чтобы у вас во всем была ясность. (Там же).
• Если в нашей семье есть жид, то это ты! (Ландау жене при обсуждении одного из денежных вопросов. — Там же).
• Красивые мужчины — плохие любовники. Они полагают, что женщина будет вполне удовлетворена, созерцая их красоту. (Там же).
• Наша система воспитания такова, что нормой считается не жизнерадостное настроение, а сосредоточенно-унылое. (Там же).
• Не надо его ругать. Откуда ты знаешь, может быть, он решил не работать, а быть профессиональным паразитом. (Ландау жене, ругавшей сына за двойку. — Там же).
• Частушки не могут быть неприличными. Это же фольклор. («И дальше следовало что-нибудь на грани приличия»… — Там же).
• Анекдоты полезны, потому что полезно смеяться. (Там же).
• Каждый имеет достаточно сил, чтобы достойно прожить жизнь. А все эти разговоры о том, какое сейчас трудное время, это хитроумный способ оправдывать свое бездействие, лень и разные унылости. Работать надо, а там, глядишь, и времена изменятся. (Там же).
• Именно от каждого человека и зависит его счастье. За редким исключением. (Там же).
• Лучше притворяться счастливым, чем быть несчастным. (Там же).
• Муж не может быть счастлив, если у него несчастная жена. (Там же).
• Стыдно быть несчастной. (Там же).
• Скромность украшает только девушку, и то лишь до 12 лет. (Из книги А. Рухадзе).
• Я за свою жизнь не опоздал никуда ни на одну минуту. (Из книги Ландау-Дробанцевой).
• До тех пор пока я буду испытывать влечение к молодежи, я не посчитаю себя старым. С того дня, как мой интерес к ней иссякнет, наступит старость. (К. Симонян).
• Обман трудящихся! (реплика, часто используемая Ландау.)
• Не всегда важно, над чем работать, но всегда важно, с кем работать. (Со слов З.И. Горобец.)
• Знаете, кто будет заниматься физикой в антимире? — Антисемиты. (Записано со слов М.А. Пекелиса.)
• Если ты чего-то не понял, прочти еще раз. Если не понял после пяти раз, значит, ты — дурак (Из книги [Капица. Тамм. Семенов]).
8.4. Дамы Ландау
— Лев Давидович, а ваше хобби?
— Женщины, — не думая ответил Дау[82]
Любовь или эротика, женский вопрос или дон-жуанский комплекс — сказать можно, как угодно — играли чрезвычайно большую роль в жизни Ландау. Естественно, что этой теме посвящено много страниц в книге его жены [Ландау-Дробанцева, 2000], на которую я здесь часто буду ссылаться. Однако в качестве введения в данную тему позволю себе поместить обширную цитату из, по-моему, гораздо более серьезных и заслуживающих доверия воспоминаний другого свидетеля личной жизни Ландау, его племянницы Эллы Рындиной.
«Он много говорил о женщинах, классифицировал их по внешности (как же Дау и без классификации?). У Дау привлекательные женщины делились на красивых, хорошеньких и интересных (1-й, 2-й и 3-й класс). У хорошеньких нос слегка вздернут, у красивых нос прямой, а у интересных носы всех прочих форм. Для некрасивых женщин, кажется, это были 4-й и 5-й классы, он придумал такие названия: 4-й класс — “Выговор родителям” и 5-й класс — “За повторение — расстрел”. Идя по улице, он мог вдруг выбросить вверх 2 или 4 пальца — этим он сообщал собеседнику класс идущей навстречу женщины. В общем, шуму ио поводу окружающих женщин и их внешних данных всегда было чрезвычайно много.