Когда эфир донес последний крик о помощи — Риордан услышал его, недоумевающее поднял голову
— Что происходит? — спросил он
На экране вспыхнул "трехлистник" — условная точка, обозначающая ЧП
— Кто-нибудь знает, что происходит?! — повысил голос Риордан — что это за вертолет?
— Сэр… это Дробовик три.
— Что за Дробовик-три? Дайте журнал!
Журнал сейчас вели не как раньше, по бумажному — а на электронном планшете. Риордан пролистнул ненужное, нашел вертолет "Дробовик-три", пробежался взглядом по записям — и помрачнел.
— Что это за статус?! Что за Альфа-красный?
— Сэр, был запрос из Вашингтона по этому коду, максимальный приоритет. Мы должны были реагировать немедленно, сэр
— Что?! — взорвался Риордан — вы дали им мой вертолет?!
— Сэр, код Альфа-красный…
— Кто звонил из Вашингтона?! Как у них вообще оказался наш прямой номер? Норфолк?
— Нет, сэр, Вашингтон. Министерство безопасности Родины. У них статус…
— Да мне насрать на статус! Вы дали им мой вертолет! Вестовой, вызывайте адмирала на мостик! Немедленно!
Вестовой побежал в адмиральскую каюту
— Где план полета?! Где запрос?!
Крики услышал дежурный офицер, капитан Джек Вилт. В настоящее время он и еще двое офицеров разбирали данные последнего прохода беспилотника над третьим сектором и пытаясь понять, является старая калоша с либерийским флагом — судном-маткой для пиратских лодок. Конечно, рядом с ней не было никаких лодок и на палубе тоже — но пираты стали намного умнее. Лодки появляются только по ночам, сейчас у них, как и у специальных сил НАТО, охотящихся за ними — Зодиаки с жестким днищем и малошумными моторами. Капитан Вилт, начинавший свою карьеру как специалист по противодиверсионному обеспечению, хорошо знал — как сложно ночью, на темной воде опознать идущий к судну Зодиак с группой захвата.
— Заканчивайте без меня.
— Есть, сэр.
Капитан Вилт уже не слышал ответа — он направлялся в летный сектор
— Что здесь происходит, джентльмены?
— Из Вашингтона позвонили и забрали наш вертолет! — резко сказал Риордан — не потрудившись поставить в известность штаб.
— У них, вероятно, были полномочия…
— А теперь этот вертолет сбит!
— Что вы сказали, коммандер?
Оба офицера обернулись — контр-адмирал Конти стоял на пороге
— Сэр, сбит наш вертолет. Несколько минут назад, в горах северного Йемена.
— Тогда какого черта вы стоите и пререкаетесь друг с другом, джентльмены?!
— Есть, сэр! — только и смогли ответить офицеры
Адмирал прошел к операторским местам
— Где картинка?
— Здесь, сэр. Беспилотник сейчас подойдет…
— В том районе есть наши силы?
— Нет, сэр. Наших сил там нет.
— Выжившие есть?
— Пока не знаем, сэр.
— Дайте мне запись.
Один из специалистов связи включил кусок последнего сообщения с борта Дробовика — три, адмирал прослушал его, потер рукой щеку, на которой уже проступала щетина.
— Что это за вертолет? Это вооруженный вертолет?
— Да, сэр. Это спецвертолет. Зулу-миссии [10]. Восемь управляемых ракет, бортовой пулемет, приборы наблюдения. Экипаж капитана Гэвина.
— Как он там оказался?
Офицеры молчали
— Я спрашиваю, как он там оказался, джентльмены?! — повысил голос адмирал
— Сэр, беспилотник входит в зону поиска… — спас положение оператор — до зоны пять-четыре-три-два-один… есть картинка! Картинка пошла!
— Дайте терморежим…
— Есть, сэр.
Картинка мгновенно изменилась, перешла в серо-черные тона. Белым показывались объекты, излучающие тепло.
— Боже мой…
Район буквально кишел вооруженными людьми.
— Это вооруженный беспилотник?
— Да, сэр, Predator-B, одна ракета.
— Ищите…
Изображение внезапно пропало.
— Черт…
— Сэр, связь с беспилотником потеряна — доложил оператор — беспилотник сбит.
— Сколько времени нам потребуется, чтобы поднять еще один беспилотник?
— Минут пятьдесят, сэр.
— Мне нужен Жнец [11]. Вооруженный. Как можно быстрее.
— Сэр, тогда это наймет примерно полтора часа.
— Черт возьми, тогда начинайте быстрее!
— Так точно, сэр… — испугался оператор — приступаю.
Адмирал повернулся к офицерам штаба
— Может быть, кто-то все-таки доложит мне, кто додумался сунуть палку в это осиное гнездо?
— Сэр… кажется, сбит вертолет.
— Где?
Обычный пехотный офицер не поверил бы. Подполковник — поверил сразу, мгновенно, он служил в Афганистане и знал, как легко группа профессионалов может сбить вертолет.
Майор Махмуд — тот самый, что сейчас стрелял из Баррета — еще пару минут слушал рацию, закрыв глаза
— Не могу определить, сэр. В эфире сущая какофония. Муртазаки орут, что упала летающая птица… Аллах Акбар и все такое.
— Ты можешь определить, где активность?
Майор невесело улыбнулся
— Здесь активность везде, сэр. Это территория племен, они дикие и не признают правительство. Все вооружены и воюют. Раньше было две страны, северный Йемен и южный и каждая страна ненавидела другую и помогала бандитским племенам на территории соседа бесплатно, потому что если ты воюешь с племенами в соседней стране — ты не пойдешь войной на чужую страну. Теперь у нас единая страна — а все оружие осталось у племен
Ну еще бы…
— Пан дополковник… — заявил Франк — кажется, я поймал что-то. Это не армейская частота, мы никогда не работаем на ней. И переговоры какие-то странные.
— Дай…
— Сэр, у нас какая-то странная активность. Мы не можем двигаться к точке вывода, здесь все как сбесились.
— Где вы находитесь?
— Мы укрылись примерно полкликом южнее.
— Вас преследуют?
— Нет, цель уничтожена. Там невозможно преследование напрямую, они нас не видели.
— Опишите активность.
— Стрельба из оружия крупного калибра. Не пулеметы, что-то помощнее, сэр. Что-то очень серьезное. Значительное движение, мы видели до тридцати повстанцев.
— Вектор?
— На юг, сэр…
— Вы только что угробили вертолет, ублюдки! — ворвался в разговор чужой голос
— Кто это говорит, опознайте себя! — немедленно взвился Пекарский — вы на чужой частоте!
— Прямо в эфире, открытым текстом представиться? — издевательски спросил эфир — вы уже наделали дел! Назовите точку отсчета.
— Я не знаю, кто вы, офицер — отчетливо сказал Пекарский — но вы вмешиваетесь в дела, относящиеся к вопросам национальной безопасности. Это может закончиться для вас…
В Багдаде офицер ситуационного центра подошел к резиденту ЦРУ
— Сэр, вас Вашингтон. Красный код.
— Альфа два-пять, уйти из эфира. Продолжим через десять минут.
Багдад отключился…
— Парень, я не знаю, кто ты — сказал подполковник — и ты не знаешь, кто я. Но факт остается фактом — ты недалеко от меня, на тебя работал вертолет и сейчас он сбит. Нехорошо бросать на произвол судьбы тех, кто на тебя работал, парень, понимаешь? Очень нехорошо. Я могу понять, бывает всякое — но если что-то произошло, ты должен сделать все, чтобы помочь своим. У меня здесь есть люди и оружие. Мы можем сделать так: ты дашь мне точку отсчета в наших координатах. У повстанцев нет наших карт, если даже они слушают эфир, они ничего не поймут. А я — попытаюсь помочь тем парням, которые по вашей милости оказались на земле и руках боевиков. Делай выбор, парень, и пусть он будет правильным.