Она с волнением сжала руку Николя. Он ответил на пожатие — но нежно, открыто, безо всякой задней мысли.
До самого конца сеанса Николя пребывал в счастливом ощущении их подлинной дружбы.
XVI
Вдохновленные хорошей погодой, гости, выйдя из дома, рассеялись по парку. Между деревьями, под тентами в белую и кремовую полоску, было устроено три буфета. Повсюду в каменных вазах стояли яркие букеты цветов, гармонировавшие с цветниками и клумбами. На густой зелени лужаек мелькали силуэты женщин в светлых туалетах, блестящих и свободных, похожих на паруса яхт на регате.
Франсуаза и Николя продвигались к самой большой группе приглашенных, откуда доносились громкие возгласы и взрывы смеха. Жан-Марк и Валери стояли в центре оживленной толпы, и Франсуаза, мгновенно угадав в лице брата фальшивую веселость и светскую любезность, расстроилась. А вот Валери выглядела совершенно довольной и спокойной — ничто в ее лице не выдавало юную девушку, взволнованную своим счастьем и гордую тем, что об этом сию минуту узнают окружающие. По всей видимости, Валери считала верхом утонченности вести себя с друзьями так, как если бы она собрала их вовсе не по поводу своей помолвки. «Как ей не хватает истинной, благородной простоты!» — думала Франсуаза, целуя ее. Она прошептала Валери на ухо:
— Поздравляю тебя! Я так рада за вас обоих!
Но Валери сделала вид, что не услышала теплых слов, — она наверняка находила эмоции Франсуазы неуместными. Она протянула руку Николя, и тот сказал, обводя круговым движением руки сад:
— Какая роскошь!
— Да, — кивнула Валери, — нам повезло: погода на нашей стороне!
Отводя взгляд от Николя, она вдруг воскликнула:
— О, Нэнси, darling[22]! Как мило, что ты пришла!..
На Валери было очень строгое серо-голубое платье с отложным воротником и букетиком черно-белых цветов на поясе. Этот полутраурный туалет, более чем странный, учитывая повод, по которому его надели, свидетельствовал о вечной жажде Валери удивлять. Франсуаза подошла к Жан-Марку. Он сжал ее в объятиях, отвел в сторону и спросил:
— Ты одна? Без Александра?
— Одна… — неохотно кивнула она.
— Но он вернулся из поездки?
— Пока нет.
— Мне казалось, ты ждала его обратно в понедельник вечером?
— Он написал, что, очевидно, задержится на некоторое время…
— И когда он приезжает?
— Скорее всего, дней через пять…
Франсуаза с трудом выдерживала этот допрос. Еще чуть-чуть — и она признается брату, что по-прежнему не имеет никаких известий от Александра и уже просто умирает от беспокойства. Он уехал больше трех недель назад! Она даже не знает, где он остановился в Москве. Если завтра письмо не придет, она отправится в издательство «Шевалье-Виньяр» и постарается хоть что-нибудь выяснить. Там должны знать, где Александр, чем он занимается, когда собирается вернуться в Париж… Она вдруг вспомнила, как в прошлом году Александр отказался прийти на свадьбу Даниэля, а потом внезапно, когда никто уже не ждал его, появился в гостиной Совло. Может быть, он и сегодня неожиданно возникнет в конце аллеи? Нелепая надежда заставила ее повернуть голову: месье де Шарнере, в окружении нескольких гостей, направлялся к будущему зятю.
Жан-Марк сделал три шага им навстречу. Франсуаза отстала. Она наблюдала, как ее брат беседует с этими почтенными во всех отношениях господами. Какое-то время Жан-Марк плыл по воле волн, а вот теперь обретает наконец твердую почву под ногами: семью, положение в обществе, связи… Чего еще желать? Нужно было обладать недюжинной силой характера, чтобы искать свою судьбу вдалеке от проторенных путей. Многие из тех, кто заявляет о своем презрении к материальным благам, возводят идеал бедности на пьедестал только потому, что ищут извинений собственной лени или несостоятельности! А она сама? Заявляя, что порвала со своей средой и привычками, действительно ли она рада, что повернулась ко всему этому спиной? Накануне Франсуаза говорила по телефону с Маду о помолвке Жан-Марка. Они дружно признали, что женитьба сулит Жан-Марку много выгод и преимуществ, что это более чем разумный шаг. Так почему же Франсуазе так грустно сегодня? Почему она чувствует глухое раздражение и досаду, глядя, как он, похожий на молодого босса, общается с этими людьми, изображая готовность прийти им на смену?
Обрывки фраз доносились до ее слуха:
— Чем вы намерены заниматься после защиты диплома?.. A-а! Вы совершенно правы, что не собираетесь работать в суде!.. Слишком сильная конкуренция… Это вопрос темперамента… Увлекательно…
Франсуаза ужасно жалела, что Маду застряла в Туке из-за ангины. Какой охрипший голос был у нее по телефону: «Ужасно глупо! Я приеду на будущей неделе… Поцелуй их за меня!» Как много могли бы они сказать друг другу, окажись Мадлен сейчас здесь! Правда, в этом случае пришлось бы признаться в тревоге за Александра… Маду не обманешь! Она мгновенно почувствовала бы душевное смятение племянницы, а Франсуаза хотела сохранить свой секрет. Из гордости, а еще потому, что была слишком хорошо воспитана и наделена целомудрием души.