Единственными посетителями парка, помимо нас, были две роскошные дивы в костюмах для йоги. В зазывных позах они раскорячились возле обода неработающего фонтана; неподалеку общались меж собой их собаки. Секунду-другую Коэн с тайным восторгом созерцал эти позитуры, после чего с шумным вздохом развернулся и неторопливо тронулся в сторону лужайки. Эдакий престарелый киборг в режиме экономии топлива. Чтобы он от меня не отставал, я слегка замедлил ход.
– Так вы теперь Шерлок на постоянной основе? – полюбопытствовал Коэн. – Проблемы пациентов больше не выслушиваете?
– Почему же. Выслушиваю.
– Совмещаете, значит. – Он кивнул. – Ну да, так жизнь интересней… Ладно, выкладывайте мне вашу запутанную историю.
Алисию, Имельду, Рода Солтона и Лоуча я в повествование не включил; описал лишь Зельду, не называя ее по имени. Бездомный нарушитель, проникший на территорию Энид Депау и умерший у нее в саду; причина смерти до сих пор «не установлена».
– Но вам хотелось бы ее установить.
Равнодушный, даже скучливый голос человека, которому все это не в диковинку.
Мне подумалось о странном вопросе, который он задал: «Кто-нибудь еще замешан?»
– Определенность всегда лучше, мистер Коэн.
– Вы считаете, что это может быть нечестной игрой? Со стороны Энид?
Вопрос, в принципе, логичный. Я пожал плечами.
Коэн посмотрел колким взглядом, хорошо мне знакомым по работе в качестве свидетеля-эксперта. Адвокат, готовящийся атаковать и обороняться.
После паузы он тоже пожал плечами.
– С Энид я был косвенно знаком, так как она была замужем за Эвом. А вот последнего я знал хорошо. Было время, когда нас можно было назвать приятелями. Умный парень, с юридическим образованием, но практикой никогда не занимался: ему было выгоднее крутить деньгами. Познакомились мы с ним сорок с лишним лет назад, когда он обратился по делу в фирму, где я работал перед выходом на самостоятельную стезю. Меня направили в его компанию, и мы с ним довольно быстро сошлись.
– В то время вы тоже занимались семейным правом?
– Это все, что я когда-либо практиковал, доктор.
– Дело, с которым он обратился, касалось развода богатых людей, да?
– Богатые люди, как известно, на фоне эмоций создают сложные ситуации. Слишком уж много стимулов для каверз. Для клиентов Эва я проделывал то, что сегодня именуется судебно-бухгалтерской экспертизой. Бухгалтером был еще мой отец, так что со сложением и вычитанием у меня обстояло нормально.
– Поиск скрытых активов? – уточнил я.
Коэн улыбнулся.
– Вы не единственный, кому нравится докапываться.
– Каким, по-вашему, человеком был Эв?
– Дружелюбный, общительный. Как я уже сказал, смекалистый, хотя точнее будет сказать «умный». Зная то, что ему необходимо, не трудился копать дальше.
– Поверхностный интеллект.
– Шириной в милю, глубиной в дюйм, как и все политики, которых я встречал, – сказал Коэн. – Его талантом был разговор. Говорить он мог о чем угодно, но если тема для него становилась слишком углубленной, то переходил на слушание. Или для вида поддакивал. Он мне нравился: отличная компания, всегда позитивный настрой. Мы были примерно одного возраста, в свободные деньки играли с ним в теннис в Роксбери-парке. Не в гольф: тот был делом клубным. Из языческих убеждений он играл за Уилшир, а я – за Хиллкрест. Помнится, Эв хорошо бил с левой. Встречались и по деловым вопросам, обычно за ужином с возлияниями. Тогда мажоры из Беверли-Хиллс частенько посещали одни и те же места. – Коэн поднял вверх палец. – Могу даже на память сказать, что он пил. «Московский мул»[49], в таких вот маленьких медных кружечках. Любил еще острое имбирное пиво.
Одна из роскошных див оторвалась от фонтана, плавно разогнулась и взяла на поводок свою собаку. Коэн посмотрел на нее и тоскливо вздохнул.
– Да, мой друг. Как быстро все проходит… А ведь когда-то я так пасся на наших общих водопоях… «Поло Лонж», «Чейсенз», «Скандия» – в восьмидесятых и девяностых все они позакрывались. Если б мы не были такими снобами и пофигистами, то, глядишь, что-нибудь и уберегли бы под себя. Работает же до сих пор «Трэйдер Викс», хотя там уже все по-другому… Или, скажем, «Луау» на Родео – он принадлежал мужу Ланы Тернер, но ушел в подполье еще раньше. Эврелл, помнится, щедро раздавал чаевые, не чурался поболтать с официантками и барменами. В его компании отличный сервис был тебе гарантирован. Что еще… Симпатичный парняга в духе Боба Каммингса[50].
49
«Московский мул» – коктейль-лонгдринк на основе водки, имбирного эля и лайма; подается в медной кружке.