Да и думать было особо некому. За всю дорогу по Сен-Дени нам встретилась единственно гувернантка, которую сопровождал мастиф размером с пони. Собака нас заметила, служанка – нет.
По прибытии к поместью Депау ребром встал вопрос, как проникнуть на участок, не привлекая внимания и не нанося заметного ущерба.
Майло первым подогнал фургон к воротам, вылез и подошел к окну Лиз.
– Я перелезу, там с другой стороны наверняка есть кнопка. Если нет, что-нибудь придумаем.
– Давайте я, – сказал Грегор Поплавский, ассистент из морга; мускулистый, с солдатским бобриком доктор философии и медицины из Варшавы.
Не успел Майло возразить, как он выскочил из машины и махнул через стену. Спустя считаные секунды створки ворот распахнулись.
Поплавский расцвел улыбкой.
– Правильная гипотеза, лейтенант. – И указал на красную кнопку справа от ворот, где крепился мотор.
– Приятно слышать, Грегор.
– Да, мне тоже нравится, – сказал Поплавский. – Мир хоть иногда бывает рациональным.
Дорожка в полторы сотни метров, по которой я поднимался в ночь смерти Зельды, для машин была дистанцией плевой. Фургоны встали перед домом, а мы вчетвером выбрались наружу и в перчатках, как уже когда-то, вошли в сад с северной стороны. Шаг первый: осмотреть заднюю лоджию дома на предмет комнатных растений. Семь больших, в синих и белых фарфоровых горшках. Четыре пальмы, три папоротника. Майло через застекленные створчатые двери заглянул в дом и сказал:
– Милое местечко. Двигаемся дальше.
При свете дня террасный сад был великолепен: безупречно четкие живые изгороди зеленели изумрудом, единообразной высоты деревья кичились апельсинами, мандаринами и лимонами. Воздух был пряным от аромата цитрусов и богатства.
Несмотря на это, где-то сзади в моих пазухах затаился прогорклый дух зла; впрочем, его вряд ли чувствовали другие.
Понятно, ничего рационального; место, где лежала Зельда, было безупречно чистым. Как будто ее там никогда и не было.
Лиз, Грегор, Майло и я медленно спускались, осматривая по дороге цветы. Шипастые чайные розы цвели на шестиугольных кирпичных клумбах, поверх бегоний и барвинок. Последние имели терапевтические свойства (есть такой противораковый препарат винкристин). Ничто здесь не было нацелено на уничтожение жизни.
Дальше путь шел мимо статуй античных богинь-воительниц, за которыми открывался неожиданно невзрачный бассейн. Топиарный зверинец был, напротив, антиподом воинственности: кролики, белочки, котята, птицы.
– Я единственная, кому это кажется извратом? – подала голос Лиз.
– Маленький Диснейленд, – отреагировал Грегор Поплавский.
– Крипиленд[59], – проронил Майло.
Продолжив путь, мы приблизились к стене леса, где с утоптанным грунтом смешивались осколки кирпича. Раздвигая ветви, выбрались к центральному проходу, который я видел в Интернете. Примерно метр в ширину. Ответвления были поуже – не дорожки, а зазоры между деревьями.
Майло сделал ладонь козырьком и вгляделся внутрь. Земля под ногами здесь была бледнее, рыжевато-серая, а нависающие сверху ветви пресекали солнечный свет. Грунт был твердый, вероятно, с примесью разложившегося гравия.
Мой друг указал рукой. Мы сгрудились у него за спиной и увидели то, что привлекло его интерес: колея, бороздой проходящая через центральный проход.
– Тачка? – произнес я.
– Доктор Уилкинсон, что скажете?
Лиз пригляделась.
– Что-то с одним колесом, но груженное так, что врезалось в грунт, это точно.
– Если только это был не циркач на моноцикле, – пошутил Грегор. – Конечно, тачка.
Лиз, опустившись на колени, указала на малоразличимые ромбики по обе стороны от колеи.
– Вот, вот и вот. Это отпечатки обуви, но слишком нечеткие для конкретных выводов.
Майло сделал снимки на телефон и что-то черкнул в блокноте.
– Лиз, вы захватили материалы для гипсовых слепков?
– В фургоне, – указала она. – Хотелось бы для начала сделать общий обзор. Если не отыщется ничего получше, то и гипс расходовать нет смысла. Хотя и можно сделать несколько, для более детального просмотра. Интересный отпечаток колеса. В идеале, он будет идти в самый конец, и тогда останется четкое свидетельство транспортировки. Если там есть человеческие останки. Давайте держаться подальше от этого участка – и попробуем один из тех окольных путей. Надеюсь, есть хотя бы один, которым последнее время не пользовались.