– Чего? – поймав на себе мой оценивающий взгляд, чутко спросил он. – Рик говорит, сейчас это самый писк.
– При удушении?
Пробурчав что-то, Майло взял курс на кухню и занялся там всенепременным осмотром холодильника.
– Не на дежурстве? – спросил я.
– Почему. Просто день медлительный, не нужно ни с кем встречаться. Что-то их многовато последнее время…
– Скучаешь?
– Да почти в коматозе. Граждане Западного Лос-Анджелеса не выполняют свой норматив по убийствам. – Он выпрямился, пятерней смахнул со лба волосы и с укоризной повернулся ко мне. – Ходят слухи. Преступность ниже своего уровня, детективов расплодилось сверх нормы, пора подсократить штаты.
– Тебе-то что. Ты неприкосновенен.
– Ну да. До определенной точки. Выкинуть меня напрямую они не могут, но могут действовать в обход: возьмут и досрочно спровадят на пенсию. Или попытаются сломать мою и без того хрупкую психику, пихая мне всякие мелочи.
– Нападения, грабежи, кражи со взломом…
– Если бы я любил весь день строчить отчеты, то работал бы на правительство.
– А в противовес этому…
– В противовес продолжаю служить военизированной организации, которая использует мои исключительные навыки, героический характер и индуктивные таланты для привлечения плохих парней к ответственности.
Он, наклонившись, придирчиво обшаривал нижнюю полку.
– Что-то вы у меня нынче скупердяи насчет пожрать… Ага, вот с этого, пожалуй, и начнем.
Разбив пять яиц на кусочки оставшегося стейка и торопливо измельченной жареной курицы, Майло добросил туда лук, грибы, болгарский перец, сельдерей и цукини, увенчав все это стручочками кайенского перца, чесночной солью и взбитыми сливками. Этот лоснящийся желтый холм размером с кошку он не мешкая перегрузил на тарелку, заправил себе под подбородок бумажное полотенце и уселся.
– Где твой волкодав? Я – Павлов там, где речь идет о кормлении питомцев. Все лучшее детям. Пускай и ей перепадет кусочек.
– Она на задании, вместе с Робин.
– Так ты у нас, получается, одинокий холостяк? Это я удачно зашел.
– Ты там что-то говорил о «почти водородной бомбе»? Не томи.
– А. Этим я обязан Рампарту[27]. – Майло загрузил в себя кус омлета, жеванул, заглотил и изготовился продолжать. – Черт, забыл про запивку.
Я налил ему стакан воды и поставил вариться кофе.
– Сервис на уровне «люкс». Хотя ты и не актер. – Он поднял глаза. – Ой, напомнил про Зельду? Извини.
– Да не извиняйся. Живем, как-никак, под боком у Голливуда, где всё – игра. А по Зельде я настроен решительно.
– Быть оптимистом в отношении ребенка? Похвально. – Отправляя в рот очередную вилку, Майло вильнул взглядом влево. Что-то утаивает?
– Ну так что там про водород? – нетерпеливо напомнил я.
– А вот что. Я тут делаю одолжение Рампарту – помогаю искать пропавшего человека. Женщину. Пятидесяти восьми лет, зовут Имельда Сориано, живет с семьей своего сына в Пико-Юнионе. Точнее, жила. Всю дорогу работала домработницей – через агентства, чтобы больше времени проводить с внуками. Восемь дней назад отправилась на свою нынешнюю работу и не вернулась; с той поры о ней ни слуху ни духу. Лорри Мендес из второго отдела восприняла ее поиски как свой долг перед семьей; там у них какая-то связь. Мы с Лорри вместе работали; девка просто персик, уж прости за гендерный лексикон. Но в поиске она продвинулась не дальше того, что Имельда, возможно, ехала на работу в первом автобусе из двух, которые обычно туда ходят. Так считал водитель первого автобуса, хотя точно уверен не был. А водителю второго вообще все было по барабану.
Он вытер рот полотенцем.
– Зачем я тебе все это рассказываю? А затем, что работа Имельды находится на моей территории. Выйти на управляющего имением Лорри не смогла, а с агентством разговор вышел короткий: «У нас интенсивная текучка кадров, мы ее уже заменили».
– Что текучка – жизнь с семьей сына? – переспросил я.
– Это эвфемизм, Алекс.
– Чего? Незаконной миграции?
Он кивнул.
– Лорри думала, что, может, я смогу как-то повлиять на Вестсайд.
Я сказал:
– Та часть твоей территории, где сидит управляющий, – как она близко от того места, где умерла Зельда?
Под щекой у Майло вверх-вниз ритмично двигался шишак величиною с киви. А вместе с ним смещался и взгляд: вверх-вниз, вверх-вниз.
27
Рампарт – район и участок департамента полиции Лос-Анджелеса, известный своим подразделением по борьбе с уличными бандами.