Выбрать главу

Вообще-то раньше Семен был обычным кидалой[6], причем не очень удачливым, так как вскоре оказался за решеткой. В колонии за главного был Андрюха Воробей, не вор в законе, даже не авторитет, но власть имел. В той зоне общего режима, где сидел Семен, царил беспредел. Кто сильнее – тот и король. А Воробей был не то что здоров, прямо монстр. Он не занимался никогда ни боксом, ни карате, но был родом из донской станицы, и дед с раннего детства научил его казачьему рукопашному бою. Это ныне почти забытое боевое искусство было гораздо страшнее любого из восточных единоборств. Техника базировалась не на реакции, а на рефлексах, и большинство ударов были смертельными. Причем учили использовать не только руки и ноги, но и все что под руку попадется. Не было раньше на Руси лучшего телохранителя, чем донской казак. Семен однажды сам видел, как дерется Воробей. В зону прибыла новая партия зеков, почти все чечены. Крепкие ребята, злые, как волки, привыкшие везде – и на свободе, и на зоне ходить в королях. И вот, чтобы показать всем, кто теперь будет здесь главным, решили опустить[7] Воробья. Чеченов было двенадцать, а Воробей один. Через две минуты все они оказались в полном отрубе. Трое умерли, а остальные надолго залегли в лагерную больницу. Воробью новый срок не добавили, так как дать показания против него никто, даже стукачи, не решился, а раскрутить его самого операм оказалось не под силу. Это произошло через неделю после того, как Семен очутился в зоне. А еще через две недели его самого решили опетушить[8]. Решили, да не получилось – Воробей не разрешил. Почему – кто его знает, может, пожалел. После этого Семен, почуяв, где его защита, стал всячески примазываться к Воробью. Он с детства обладал незаурядным обаянием, и уже через месяц простодушный громила души в нем не чаял.

Освободившись, Семен нашел Воробья, который вышел на год раньше. Тот обрадовался другу, дал денег на первое время, а потом пристроил в бригаду к шефу, где и сам занимал не последнее место, точнее – то самое, на котором сейчас Семен. В течение года Семен собирал дань с коммерческих палаток и иногда ездил на разборки. Но роль рядового «шестерки» его не устраивала. И вот судьба дала шанс. Однажды вечером Семен приехал к Воробью – отчитаться о выполнении задания. Он долго звонил в дверь и уже собирался уходить, когда она наконец открылась. На пороге стоял Воробей, опухший, небритый, воняющий перегаром.

– Заходи, – махнул он рукой в глубь квартиры. В руке была зажата полупустая бутылка коньяка. В комнате царил бардак. В углу валялась пустая посуда. Было видно, что хозяин пьет уже не первый день. – Садись, друг, – хрипло сказал Воробей и залпом допил бутылку прямо из горлышка.

Затем достал из-под стола другую и откупорил зубами.

– Плохо мне, брат, – пожаловался он заплетающимся языком, приняв следующую дозу.

Семен понял, что Воробей в том состоянии, когда не отдает себе отчета в происходящем. Через некоторое время из его отрывочных пьяных реплик Семен уяснил, что Воробей жутко разобиделся на шефа, который вроде бы увел его любимую бабу.

– Я убью этого козла, – завершил свою речь Воробей и, окончательно опьянев, уткнулся лицом в стол.

Убедившись, что Воробей заснул, Семен вышел из квартиры, аккуратно прикрыл за собой дверь и направился в ресторан, где, как было известно, любил отдыхать шеф...

На следующий день Воробья вызвали на разбор. Разговор происходил на загородной даче, где было тихо, спокойно и менты под ногами не путались.

Шеф сидел в кресле, вывалив из махрового халата толстое волосатое пузо. За спиной у него расположились двое телохранителей, оба боксеры. Правда, Воробей уделал бы их, как щенков. Сейчас он стоял в трех шагах от шефа, мрачный, опухший, но не испуганный. Семен, от которого он не ожидал никакого подвоха, находился у него за спиной, около двери. Потной от волнения рукой Семен сжимал в кармане рукоятку пистолета.

– Слыхал я, Андрюша, что ты меня не любишь, – вкрадчиво промурлыкал шеф, почесывая живот.

– Что тебя любить, ты не баба, – ответил Воробей, который не понимал, в чем дело, и вряд ли помнил, что наболтал вчера спьяну.

– Так-так, – нахмурился шеф. Он был очень подозрителен, и слова Воробья убедили его в том, что Семен говорил правду. – За Ленку, значит, не любишь! – продолжал он, уже понимая, что придется сейчас сделать.

– Ленку я любил, – с вызовом сказал Воробей, – да, любил, что ты ко мне в душу лезешь?!

– А меня, стало быть, убить решил? Отвечай, козел!!! – взвизгнул шеф, вскакивая с кресла.

Воробей машинально сделал шаг вперед, собираясь объяснить, что не хотел он никого убивать, что это поклеп, но телохранители поняли его намерения иначе и кинулись на выручку к хозяину. Сработали годами отточенные рефлексы, и один из них врезался с размаху головой в стену, а второй мягко обрушился на пол. Страшный удар сломал ему шею, как тростинку. Шеф в страхе ринулся назад, но, споткнувшись о кресло, упал на пол, и в этот момент Семен, о котором все забыли, аккуратно прострелил Воробью затылок...

После этого Семен, которого шеф считал своим спасителем, стал расти как на дрожжах и после нескольких удачно сработанных мокрых дел[9], которые еще больше укрепили его авторитет, занял наконец место Воробья.

Семен быстро навел в районе порядок. В отличие от своего предшественника он отличался холодной жестокостью и убивал направо и налево, не испытывая при этом ни малейших угрызений совести. Если человек мешает – его нужно убрать, вот и все, а переживать по этому поводу просто глупо. К тому же Семен, кроме себя, никого не любил, друзей не имел, поэтому и предать его было некому.

Вот и завтрак готов. Отбросив на время все посторонние мысли, Семен с удовольствием, как говорится, приступил к приему пищи. Хорошая еда – залог здоровья, а здоровье ведь самое главное в жизни, не так ли? Закончив жевать, Семен тщательно прополоскал рот (зубы надо беречь) и устроился в мягком кресле, прихлебывая из пиалы ароматный чай. Все вроде бы прекрасно, но тем не менее что-то не давало покоя. Была некая ложка дегтя в бочке меда. Семен нутром чуял в тщательно налаженной системе какой-то дефект. Но какой? Он еще раз окинул мысленным взором свои владения. Ага, вот оно. Да, точно, здесь.

Попутно с основной работой Семен открыл свое малое предприятие. Через него очень удобно было отмывать деньги. Появились связи в деловых кругах, и хлынули заказы на вышибание долгов. Многие отечественные коммерсанты отличались редкостной нечистоплотностью в делах и, пользуясь несовершенством законодательства, сплошь и рядом обманывали своих коллег по бизнесу. Те, в свою очередь, отчаявшись найти защиту у государства, вынуждены были обращаться за помощью к мафии. Заказов поступало так много, что Семен создал отдельную бригаду по вышибанию долгов. Во главе ее он поставил Игоря Ковалева по кличке Большой, которого знал еще по тем временам, когда сам был «шестеркой». Этот здоровенный блондин, с черным поясом карате и ледяными глазами, импонировал Семену тем, что, казалось, совсем не знал ни страха, ни жалости. Семен помнил, как три года назад при разборке Ковалев хладнокровно срезал из автомата трех чеченов, после чего закурил сигарету и, спокойно перешагнув через трупы, направился к своей машине. Бригада Ковалева работает отлично, барыги боятся его как огня, казалось бы – вот идеальный сотрудник. Но... То-то и оно, что «но»! Последнее время Семен стал замечать в Ковалеве какую-то перемену, нехорошую перемену, не нужную. Началось это два месяца назад, после того как завалили Грека.

вернуться

6

Мошенником.

вернуться

7

Опустить уголовника – значит так его унизить, что он полностью потеряет весь авторитет и осьные перестанут считать его за человека.

вернуться

8

Изнасиловать.

вернуться

9

Убийств.

полную версию книги