Глава двадцать пятая
Роб пробовал стоять, потом решил походить взад и вперед. Он находился в том идиотском состоянии, когда не знаешь, что делать, но понимаешь, что делать что-то необходимо. Нужно делать что угодно, лишь бы излить ту беспокойную энергию, которая клокотала сейчас в его крови, накачивая артериальное давление. Если остаться неподвижным, есть риск схлопотать полноценный инфаркт. Или Роб, того и глядишь, взорвется и заляпает кишками стены их нового шикарного холла.
Уже в стотысячный раз Роб посмотрел на часы и мог бы поклясться, что почувствовал, как лопнула вена внутри его измученного организма.
— Да поторопись же! — крикнул он и в отчаянии воздел руки к потолку.
Роб забегал по холлу с удвоенной скоростью, бормоча ругательства, проклятья и угрозы. Каждый слог был направлен на его жену.
Наступило утро, которого он так боялся — то самое, когда после словесных перепалок и бравады ему придется встать лицом к лицу ко всем и вся: к прессе, фанатам и особенно к футболу, который и лежал в основе всего процесса. Да, на самом деле все зависело только от одиннадцати человек, которых Гэри Роджерс собирался выпустить на поле через несколько часов. Если они не захотят или не смогут показать хороший футбол, Робу крышка. Ирония состояла в том, что он впервые в жизни хотел, чтобы «Сити» выиграл, и от этого Куперу было особенно плохо.
Его настроение отнюдь не улучшалось от колких, а то и просто оскорбительных сообщений, которые слали ему один за одним приятели, оказавшиеся теперь по другую линию фронта. Но зато в послании от Чарли кроме пожелания неудачи была и пара добрых слов, отчего Роб немного воспрянул духом.
— Ну, как я выгляжу?
Роб посмотрел туда, откуда раздался голос жены, и с облегчением выдохнул. Он страшился, что она переборщит с нарядом и наденет что-нибудь, уместное только на приеме в Букингемском дворце, и даже впервые за все время их супружества заранее поинтересовался у Джейн, что она выберет из одежды. К счастью, супруга верно оценила уровень мероприятия, и хотя красное платье до колена и черные туфли на каблуке могли показаться излишними в коридорах администрации — в конференц-зале и президентской ложе они будут смотреться идеально.
— Ты выглядишь великолепно, — от всего сердца сказал Роб. — Только… ты не боишься за наряд? Там всякое может случиться.
— Не боюсь, — ответила Джейн. — Я жена президента и должна одеваться соответствующим образом. Но у меня все же есть один вопрос.
— Какой?
— Если ты президент, а я одета как положено президентской жене, то какого черта ты нацепил на себя эти тряпки?
Роб оглядел себя: его любимая рубашка от «Лакост», лучшие джинсы и пара почти новых кроссовок «адидас».
— Это не тряпки. Я всегда так одеваюсь на футбол. Что тебе не нравится?
Пятнадцатью минутами позднее, облаченный в костюм и невыразительный галстук вместо галстука с логотипом «Юнайтед», который он хотел повязать, Роб приблизился к «бентли», возле пассажирской дверцы которого его терпеливо ждала Джейн. Нажав на кнопку электронного замка, он полез было на свое место за рулем, но замер, как только поймал взгляд жены, говоривший: «Немедленно иди сюда и открой мне дверь, чурбан». Роб обежал вокруг машины, с насмешливым поклоном распахнул перед Джейн дверцу и подсадил ее в роскошный салон.
— Возможно, мадам предпочтет ехать на заднем сиденье? — спросил Роб, устраиваясь на водительском сиденье. — Оттуда ей будет удобно махать беднякам.
— Мадам предпочтет, чтобы ты перестал паясничать, а вел бы себя как джентльмен.
— Разумеется, мадам, — буркнул Роб. — Три полных мешка, мадам.[1] Я так и не понял, зачем ты вообще едешь. На матчи «Юнайтед» ты никогда не хотела смотреть.
— Произошли кое-какие перемены, — фыркнула Джейн.
В сотый раз за утро Роб вздохнул и, включив зажигание, с наслаждением прислушался к мягкому механическому урчанию, а потом включил передачу. «Кое-какие перемены». Да, можно и так выразиться.
Через тридцать минут Робу опять пришлось затормозить, не доезжая до стадиона. Прямо кошмар какой-то: осталось ехать всего полмили, но они застряли в неподвижной пробке. Хорошо, что все-таки было в запасе время. Роб хоть и сказал Джейн, что ему нужно быть на стадионе к половине первого, на самом деле это было нехитрой уловкой, чтобы несмотря на долгие сборы прибыть к часу.
Роб огляделся. Невзрачные магазинчики, невзрачные люди, а посреди всего этого отраженный в пыльной витрине комиссионного магазина бытовой техники блестит черной краской его красавец «бентли». Более неподходящего места для такой машины и нарочно не найти, и Роб вдруг почувствовал себя очень уязвимым. Он уже замечал косые взгляды прохожих, пока они медленно, но двигались, однако теперь движение совсем застопорилось. Черт.
1
Цитата из детской английской песенки «Черная овца…» (первая половина XVIII в.):
Фраза используется для шутливого (пародийного) выражения подобострастия.