Читать онлайн "Кто поставил Горбачева?" - Островский Александр Владимирович - RuLit

Начатое КГБ расследование бухарского дела показало, что оно не ограничится Бухарой, преступные связи отсюда вели в другие области и в столицу республики. Когда был собран достаточный материал, Ю. В. Андропов вызвал к себе Ш. Р. Рашидова и познакомил его с ним. «Я, – вспоминал А. М. Александров-Агентов, – сам видел, как Рашидов вышел из его кабинета бледный как бумага»[1490]. Учитывая, что 1 сентября Ю. В. Андропов улетел в Крым, можно утверждать, что упоминаемая встреча состоялась не позднее августа, т. е. именно тогда, когда, по воспоминаниям Е. К. Лигачева, он под влиянием записки В. И. Смирнова решил поднять перед Ю. В. Андроповым вопрос о положении дел в Узбекистане.

1 сентября 1983 г. бухарское дело из КГБ было передано в Прокуратуру СССР[1491]. Вскоре после этого, 31 октября 1983 г. Ш. Р. Рашидова не стало. По одной версии, он умер своей смертью[1492], по другой – покончил самоубийством[1493].

А пока начинало раскручиваться «узбекское дело», в Москве разворачивалась своя война против коррупции.

Еще 30 октября 1982 года был арестован директор московского гастронома № 1 (Елисеевский) Юрий Соколов. «Это, – пишет P. A. Медведев, – было предупреждение не только «хозяину» московской торговли Н. Трегубову, но и Виктору Гришину… Еще до назначения на крупный пост в торговле Соколов некоторое время работал личным шофером Гришина. У Соколова имелось три судимости… Проверка гастронома № 1 привела к аресту еще 14 работников этого магазина. Узнав об этом, покончил самоубийством директор гастронома № 2 на Смоленской площади Сергей Нониев»[1494].

2 июня 1983 г., в Москве были проведены новые аресты торговых работников, в результате чего за решеткой оказалось 575 человек[1495].

17 ноября 1983 г. КГБ направил в ЦК записку с предложением дать в печати информацию о рассмотрении в Верховном Суде РСФСР уголовного дела по фирме «Гастроном» и ГУТ Мосгорисполкома. 23 ноября Секретариат предложил опубликовать такую информацию в «Известиях», «Московской правде» и «Вечерней Москве»[1496].

11 декабря 1983 г. Верховный суд СССР приговорил директора Елисеевского магазина Юрия Константиновича Соколова к высшей мере наказания – расстрелу[1497].

Однако дело не ограничилось только торговлей.

Именно в 1983 г. Генеральная прокуратура СССР и Комиссия партийного контроля при ЦК КПСС начали расследование дела Н. А Щелокова. Незадолго до своей смерти А. Я. Пельше проинформировал членов Секретариата ЦК КПСС о некоторых результатах этого расследования. Согласно этой информации, в Министерстве внутренних дел был создан кооператив для реализации конфискованных у преступников ценностей, «куда пускали только избранных»[1498].

Едва только началось это расследование, как 19 февраля 1983 г. неожиданно умерла жена Н. А. Щелокова[1499]. И хотя следствие пришло к выводу о самоубийстве, бывший следователь Генеральной прокуратуры В. Калиниченко не исключает, что она могла быть убита мужем[1500].

На июньском пленуме 1983 г. H. A. Щелоков и С. Ф. Медунов были выведены из ЦК КПСС[1501].

Рассматривая борьбу с коррупцией, которая развернулась после смерти Л. И. Брежнева, нельзя не обратить внимание, что она имела избирательный характер.

Приписки хлопка в Узбекистане действительно имели место. А разве их не было в других хлопкосеющих республиках, в том числе в Азербайджане, который до 1982 г. возглавлял Г. А. Алиев[1502].

Коррупция получили широкое распространение в Краснодарском крае, который возглавлял С. Ф. Медунов, но, как пишет В. А. Казначеев, «в Ставропольском крае ее было не меньше»[1503]. Процветала она и в солнечной Грузии, которую возглавлял Э. А. Шеварднадзе[1504].

Злоупотребления властью имели место в МВД СССР, руководителем которого был H. A. Щелоков, но они процветали и в Министерстве иностранных дел, которое возглавлял A. A. Громыко[1505], и в Министерстве внешней торговли, которым правил Н. С. Патоличев[1506].

Торговая «мафия» широко раскинула свои сети в Москве, бывшей вотчиной В. В. Гришина, но подобная же картина наблюдалась и в Ленинграде, откуда в 1983 г. в Москву для укрепления кадров был переведен Г. В. Романов[1507]. А история с мотороремонтным заводом на станции Сиверской под Ленинградом вообще является уникальной. Завод был построен, принят в эксплуатацию, пущен, больше года отчитывался о выполнении плана, и вдруг оказалось, что он существует только на бумаге[1508].