Выбрать главу

– Харриет, не могла бы ты вызвать мне такси? – попросил Дортмундер.

– Сам себе вызывай,– пробурчал под нос племянник.

– Конечно, Джон,– кивнула Харриет.

Пока она звонила, вернулся Макс со старым конвертом из-под телефонного счета, набитом наличными, который ом сунул в руку Дортмундера со словами:

– В следующий раз приезжай в ясную погоду. Дождь плохо на тебя действует.

После чего удалился в кабинет, посасывая воображаемую сигару.

В ожидании такси Дортмундер полистал «Популярную механику». Уже позже, когда он ехал через малонаселенные пригороды Квинса, до него дошло, что он стряс с «Подержанных легковушек Максимилиана» значительно больше, чем когда-либо прежде. Не потому ли, что по иронии судьбы Макса звали так же, как и того парня, который спер кольцо удачи Мэй, и это оказалось своеобразной местью всем Максам на свете? Или ему, наконец, повезло?

Это было восхитительное ощущение. Прежде он не мог похвастаться тем, что является любимчиком Фортуны, и теперь в полной мере наслаждался этим. На восемь с половиной сотен больше ожидаемого – надо же!

В своей, как предполагалось, пустой квартире (Мэй была на работе в супермаркете) он обнаружил Энди Келпа, направляющегося из кухни в гостиную с банкой пива в одной руке и стаканом апельсинового сока – в другой.

– Привет, Джон! – поздоровался он.– Где был?

Дортмундер задумчиво посмотрел на дверь квартиры и спросил:

– И зачем я каждый раз трачу время на то, чтобы запирать эту штуку?

– Чтобы я каждый раз вставал перед выбором. Да ты проходи, гостем будешь. Здесь Уолли, он пришпилил твоего миллиардера, как бабочку на булавку.

13

Ха! Настал момент принятия решения. Ввязываться в драку или нет?

Всепоглощающая ярость, владевшая Дортмундером в течение прошлой, богатой на события ночи, подпитывавшая его ум и решительность в побеге от копов, уже сошла на нет. Невозможно постоянно пребывать в состоянии жгучей ненависти к человеку, вне зависимости от того, что он сотворил. Скинув добычу Стуну и неожиданно удачно избавившись от машины, за счет Макса Фербенкса он пополнил свой личный счет почти на тридцать штук, что было примерно в три тысячи раз больше, чем стоило кольцо. Действительно ли он хотел продолжать свою вендетту этому крутому миллиардеру, который, как справедливо отметил Энди, находится под неусыпной круглосуточной охраной? Или стоило забыть про все и продолжать размеренный образ жизни?

Нет. Увидев реакцию Энди Келпа и Мэй на все случившееся, он справедливо решил, что теперь большинство знакомых, узнав эту историю, будут считать его последним придурком. А учитывая длинный язык Энди, можно было не сомневаться, что про инцидент с кольцом в Каррпорте очень скоро будут знать все. Ему будут смеяться в лицо, как Энди, или за спиной, но в любом случае Макс Фербенкс выйдет из этой истории героем, а он, Джон Дортмундер,– лохом.

И так будет до тех пор, пока он не вернет это долбанное кольцо. А вот когда он наденет его на палец и будет носить постоянно, кто тогда окажется лохом?

Итак, готовься, Макс Фербенкс, я иду.

Поэтому Дортмундер решительно шагнул в гостиную, где его ждал Уолли Нурр, похожий, как и прежде, на приветливый пирожок. Толстенький коротышка лет двадцати пяти и весом в 130 килограммов, при полном отсутствии мышц он очень напоминал шар: при росте в метр сорок он был такого же размера и в ширину. Ноги снизу и голова сверху казались недоразумением. При этом голова была точной уменьшенной копией туловища, словно Уолли Нурр был снеговиком, слепленным из сала, с голубыми глазами-мармеладками за толстыми стеклами очков и нарисованной свеклой ртом. (Изготовители, очевидно, не смогли найти морковку, и поэтому нос практически отсутствовал).

Дортмундер давно привык к внешности Уолли и поэтому спокойно поздоровался:

– Привет, Уолли, как дела?

– Замечательно, Джон,– ответил Уолли, слезая со стула. Когда он это проделал, то стал еще меньше ростом. Рядом с ним на столике стоял стакан с апельсиновым соком.– Тебе привет от Миртл и ее мамы[15].

– И им тоже.– На этом Дортмундер исчерпал свои познания в области поддержания светской беседы и перешел к делу.– Значит, ты обнаружил этого парня? Ха! Да ты присаживайся, Уолли, присаживайся.

Уолли вскарабкался обратно на стул, а Дортмундер направился к дивану. Энди, устроившись в мягком кресле, довольно разглядывал Уолли, словно сам слепил его из смеси для приготовления картофельного пюре.

– Найти мистера Фербенкса – не проблема. Он постоянно то тут, то там.

– Как плохая погода,– заметил Дортмундер.– Уолли, но если найти его не проблема, тогда в чем проблема?

– Видишь ли, Джон,– Уолли нервно раскачивал ногами, которые не доставали до потертого ковра,– основная проблема – в тебе. И в Энди.

– Уолли считает нас ворами,– хихикнул Келп.

– А кто же вы? – удивился Уолли.

– Действительно,– согласился Дортмундер.– Но Фербенкс – еще больший вор. Энди рассказал тебе, что тот сделал?

– Я просто сказал, что у него есть кое-что, принадлежащее тебе,– сообщил Келп.– Я полагал, что ты сам захочешь поведать Уолли все детали. Из первых уст, как говорится.

– Спасибо,– поблагодарил Джон и обратился к Уолли.– Он украл у меня кольцо.

– Джон,– вздохнул Уолли,– мне не хотелось бы говорить об этом, но я сыт по горло твоими историями про кольца и прочие потерянные вещи. Вы с Энди мне очень симпатичны, но я отказываюсь быть соучастником уголовных преступлений. А это именно то, чем вы занимаетесь.

Дортмундер глубоко вздохнул, понимающе кивнул и рассказал всю историю, включая Главу 11, дом, который должен был пустовать и... да! это было уголовное преступление, которое он намеревался совершить вдвоем с напарником; нет, это был не Энди. Когда он добрался до кражи кольца, то снова рассвирепел, заметив, как Уолли (Уолли!) пытается спрятать улыбку.

– Вот так все и было,– мрачно закончил повествование Дортмундер.

– Джон, я верю тебе.

– И на том спасибо.

– Никто бы не смог так искренне рассказать эту историю, если бы сам не пережил ее. Кроме того, когда я искал информацию о мистере Фербенксе, я тщательно изучил Главу 11 про банкротства и помню даже упоминание о доме в Каррпорте.

– Я и не собирался тебе врать,– буркнул Дортмундер.

– Ты все очень здорово рассказал, Джон,– влез Энди.– Чувствовалась реальная страсть.

– Но если ты снова встретишься с этим мистером Фербенксом,– поинтересовался Уолли,– то как заставишь вернуть тебе кольцо?

– Ну, я думаю,– признался Дортмундер,– что придется прибегнуть к комбинации морального убеждения и неприкрытых угроз.

– Но ты же не собираешься причинять ему боль?

Количеству правды, которую человек может сказать в течение дня, есть предел, и Дортмундер чувствовал, что уже достиг его.

– Конечно, нет,– заверил он.– Ты же знаешь, Уолли, я убежденный противник насилия.

– Что же, тогда ладно.– Уолли расслабился и заулыбался.– Знаете, парни, поиски мистера Фербенкса оказались очень интересными и значительно отличались от того, как я это обычно делаю.

– Серьезно?

– Обычно, если ты ищешь кого-то, то залезаешь в компьютерные сети авиакомпаний (прежде всего, «Юнайтед Эйрлайнс»), затем – крупных отелей типа «Хилтона», «Марриота» и «Холидэй Инн», а также проверяешь фирмы по прокату автомобилей. Но с мистером Фербенксом это не прокатило.

– Вот как?

– Он не путешествует так же, как это делают обычные люди. По всему миру у него есть офисы и дома со специально защищенными линиями факсов и телефонов. Поэтому он никогда не останавливается в отелях. И даже если летит куда-то, то не коммерческим рейсом, а использует для этого один из своих самолетов.

– Один из...– эхом отозвался Дортмундер.

– Ну да. Я точно знаю о пяти пассажирских лайнерах, а еще ведь есть грузовые и куча законсервированной техники в Европе.

вернуться

15

См. роман «Утонувшие надежды».