«Гребаные идиоты», – пронеслось в голове у Адама.
Допив «Кровавую Мэри», он решил выпить чего-нибудь еще. Устроившись в баре у края бассейна, он заказал пинаколаду[54]. Вереница муравьев маршировала из кухни, мимо бара, к тропическим растениям с вощеной на вид листвой, стоящим в кадках вокруг гидромассажной ванны. Адам зажал пальцем конец соломинки, не давая вылиться нескольким каплям коктейля. С помощью этой импровизированной пипетки он капнул сладкой жидкости на кирпич, вделанный в крышу рядом с бассейном. Почти сразу же жужжащая стрекоза, что парила среди миазмов, клубящихся над водой, присела рядом с каплей. Адам нагнулся поближе и наблюдал за тем, как стрекоза питается, пока его нос не оказался всего в нескольких дюймах от насекомого, которое погружало свою головку в море сахара и алкоголя, останавливаясь только для того, чтобы пошевелить крыльями. Это выглядело так, словно работник поправлял рукава в конце рабочего дня.
– Полегче, подруга, – сказал Адам насекомому. – Ты себе навредишь.
Он скучал. Подняв руку, он заказал себе очередной стакан. Пока Адам ожидал бармена, передвигающегося с убийственной медлительностью, он пощипывал себе живот большим и указательным пальцами. К своему немалому огорчению он обнаружил, что за последнее время там появился небольшой слой жирка. Адам решил, что первым делом завтра он пойдет в спортзал.
Вернувшись на свое место, он нагнулся, чтобы предложить тост, но стрекоза умирала. Отравленная алкоголем, она лежала на спине. Маленькие ножки дергались, а муравьи уже кишели вокруг стрекозы. Привлеченные сахаром, они набросились на беспомощное насекомое. Некоторое время они тянули ее каждый в свою сторону, ухватившись за лапки и крылья, пока, словно по невидимому сигналу, не подняли тельце с кирпича. Вместе они справились. Челюсти вонзились в пропитанную сахаром плоть. Маленькие ножки все дергались. Муравьи тащили стрекозу к себе в гнездо.
Адам наблюдал, попивая пинаколаду. Он ощутил необъяснимую грусть при виде того, как погибла стрекоза. Настроение Адама вновь ухудшилось. Коктейль показался приторно сладким. Подойдя к краю здания, Адам откашлялся, прочищая горло, а затем выплюнул приторную липкую массу вниз, на улицу. Его порадовало то, что заторы на дорогах, судя по всему, рассосались, а игра в тетрис закончилась. Теперь машины без преград мчались по шоссе. Адам попросил официанта вызвать ему шофера, после чего нырнул в бассейн и снова оставался под водой так долго, как только мог.
Тесс остановила машину перед зданием больницы и посидела в ней несколько минут, прежде чем выйти. Сначала она ждала, пока по радио допоют песню, затем, когда на телефон загрузится электронная почта, потом посмотрела на свой макияж в зеркале заднего вида. Тесс вылезла из автомобиля, лишь когда откладывать далее было просто невозможно. С тех пор, как вчера из больницы позвонили и сообщили, что Аркадий реагирует на лечение гораздо лучше, чем они надеялись, и теперь готов к тому, чтобы вернуться домой, Тесс ощущала необъяснимую тревогу, увеличившуюся после того, как она переступила порог больницы.
Тесс не знала, что могли бы означать слова «реагирует на лечение», но этот разговор надежды ей не прибавил. Сосудистая деменция была не столько болезнью, сколько концом долгого путешествия. Разум предает дряхлое тело, его изношенные старые органы, заменить которые нечем. Аркадий, первоклассный рабочий конь, надорвался.
Минуло три недели с тех пор, как скорая помощь увезла его в больницу, а Тесс последовала за ней в своей машине. За это время она успела более-менее смириться с утратой Аркадия. Когда она оставила его с медбратьями, прежде чем они вкололи Аркадию успокоительное, чтобы отвести на томографию, у старика опять случился припадок. До сих пор одетый в пижаму, он попытался сопротивляться медбратьям, встретившим его на автостоянке и намеревавшимся усадить его в кресло-каталку.
Пытаясь встать, Аркадий кричал на медперсонал по-немецки и по-русски. Эти звуки были гортанными и злыми. Но только тогда, когда он перешел на английский, сердце ее тревожно сжалось в груди. Обычно его английский был если не идеальным, то, по крайней мере, вполне приличным. Гласные звуки были округлыми, а согласные – такими же опрятными, как воротники его рубашек. Теперь же он выкрикивал проклятия в лица медбратьев, и речь его была невнятной, а ударение падало куда придется.
54
Пинаколада – традиционный карибский алкогольный коктейль, содержит ром, кокосовое молоко и ананасовый сок. Считается национальным напитком Пуэрто-Рико.