Выбрать главу

Лоуэлл рассмеялся и остановился перед воротами. Из сторожки показался молодой человек в униформе и с табличкой:

— Чем могу помочь?

— У нас забронированы места, — ответил Лоуэлл. — На фамилию Турман.

Охранник взглянул на листок бумаги, прижатый к табличке:

— Лоуэлл Турман?

— Верно.

— Добро пожаловать в Реату!

Молодой служащий протянул ему зеленый пропуск размером с открытку. На нем был отпечатан номер и логотип курорта: солнце, заходящее за громадным кактусом.

— Закрепите его под зеркалом или оставьте на приборной доске, — сказал охранник. — Машины без такого пропуска отбуксируют за счет владельца. Желаю приятно провести время.

Он скрылся в сторожке, и в следующую секунду ворота отворились.

Лоуэлл заехал внутрь и свернул к комплексу зданий у склона холма.

— Хороша манера, — заворчал он, — запугивать собственных клиентов!

— Не начинай, — простонала Рейчел.

— Я же просто сказал.

— Теперь-то повеселимся! — пропел Оуэн с заднего сиденья.

— Именно что повеселимся! — отозвалась Рейчел. — Прекратим ругань и хорошенько отдохнем. Договорились?

Лоуэлл ухмыльнулся:

— Яволь!

Дорога петляла через целый лес из кактусов, засаженный красивейшими растениями, какие могли встретиться в Аризоне — идеализированный образ юго-западной пустыни, — а затем вела между двумя каменными глыбами, стоявшими, точно караульные, у въезда на небольшую стоянку.

— Круто! — восхищенно проговорил Кёртис.

«И правда круто», — подумал Турман, загоняя машину на парковку, вплотную ко входу в приемную. Он развернул солнцезащитный экран и установил его под лобовое стекло, в то время как остальные вылезали из автомобиля и потягивались.

Строение, в котором разместилась приемная, походило на кирпичный особняк, просторный, словно дом в имении какого-нибудь мексиканского богача. Реата зародилась еще в начале 1920-х простым ранчо, и Лоуэлл предположил, что изначально постояльцев размещали именно в этом строении. Каменная дорожка, засаженная бугенвиллеей с яркими пурпурными цветками, вела к сдвоенным дверям, которые сохранились, наверное, со времен испанской колонизации. По обеим сторонам стояли высеченные из камня кадки с самыми пестрыми цветами, какие только могли повстречаться в пустыне, — и эта радуга из суккулентов и кактусов казалась еще пестрее на фоне унылого бурого самана.

Двое молодых людей в униформах непонятного западного стиля — черные брюки, белые рубашки и бирюзовые ковбойские галстуки — распахнули двери изнутри, и тот, что стоял справа, улыбнулся:

— Добро пожаловать в Реату.

— Спасибо, старина, — отозвался Кёртис, и Рейчел ткнула его в плечо:

— Прекрати.

После уличного зноя прохлада вестибюля казалась изумительной. Лоуэлл лишь теперь понял, что все это время обливался потом, и начал вытирать ладонью выступившую на лбу испарину. Вестибюль был огромен, гораздо больше, чем казался снаружи, — просторнее даже, чем могло показаться по снимкам с сайта и из брошюры. Затемненные лампы посреди высокого потолка бросали тусклые отсветы на богатую зону отдыха: несколько кожаных кресел и два длинных дивана словно доставили прямиком с ранчо Итана Эдвардса[3]. Справа тянулась стойка из красного дерева, над ней висело украшенное зеркало, и все вместе выглядело как бар-салон из какого-нибудь вестерна. Справа находилось окно во всю стену, и стеклянные двери выходили на широкий мощеный двор, а за ним послеполуденное солнце играло бликами на поверхности громадного бассейна, в котором, судя по всему, плавали несколько человек. Прямо напротив входа стоял грубо высеченный камин — теперь он, очевидно, не использовался, — а сбоку от него открытая дверь вела в магазин сувениров.

— Я зарегистрируюсь, — сказал Лоуэлл своим родным. — А вы пока осмотритесь.

Рейчел с детьми направилась в магазин сувениров, а Турман шагнул к стойке регистрации. Приятную, улыбчивую девушку за конторкой звали Тэмми. Если верить бейджику, родом она была из Нью-Хейвена, штат Коннектикут, и проработала в Реате шесть лет. Лоуэллу показалось странным, что бейджики содержали столь подробную информацию о сотрудниках курорта. Но при мысли, что здесь работали люди со всей Америки, становилось приятно. От этого место, где им предстояло отдохнуть, казалось уже не таким захолустным и низкопробным, как можно было заключить из-за его отдаленного расположения.

— Регистрация на имя Турмана, — обратился путешественник к девушке.

— Приехали в составе группы или делегации? — спросила она.

вернуться

3

Итан Эдвардс — персонаж классического вестерна Джона Форда «Искатели» (1956), сыгранный Джоном Уэйном. Техасец, воевавший в Гражданской войне на стороне Конфедерации.