План, который разрабатывали и проводили в жизнь несколько поколений членов Братства, провалился в тот момент, когда реализовался.
Что вмешалось? Или — кто?
Де Сен-Жермен не видел механизм: ещё не дорос до нужного «градуса», чтобы быть посвящённым в тайну. Но он уже знал, что это устройство было обнаружено во времена Чёрной Смерти[19]. Вокруг него и возникло Братство как таковое. Предшественники долго и кропотливо изучали доставшееся им величайшее сокровище — таинственный механизм, умевший предвидеть варианты будущего. С помощью его предвидений они сумели добиться влияния, избежать многих опасностей, и к настоящему времени вплотную подошли к почти открытому внедрению идей Братства под видом философско-мистических течений в среде дворянства и высшей страты купечества. Но истинный прорыв случился лет пятнадцать назад, когда — случайно или нет — лучшие умы Братства сумели найти способ управления механизмом. Оказалось, что он умеет не только картинки показывать… Словом, то, что задумывали растянуть ещё на века, оказалось возможным реализовать в течение нескольких лет.
И такой оглушительный провал…
Здесь, за этим столом, должны были сидеть совсем другие люди и обсуждать совсем другие вопросы. Но механизм, исполнив желание братьев, умер. Не то, что перемещений материальных объектов во времени — даже картинок с вариантами будущего больше не было. Братство, конечно же, пыталось исправить ситуацию. Накопленные за три с лишним века богатства позволяли действовать стремительно и дерзко, покупать политиков любого ранга и заметать любые следы. Но что-то — или кто-то — раз за разом наносило ответный удар. Карл Шведский не то, что во второй — и в первый раз не должен был попасть в плен. Этого не просматривалось в вариантах будущего, даже в самых маловероятных. Но если первый раз всё можно было списать на резкое изменение обстановки, связанное с людьми будущего, то к походу на Россию Карла готовили основательно. Случайности должны были быть исключены. Его походная казна ломилась от денег, как награбленных в Польше, так и полученных от различных доброжелателей. Его главная армия достигла численности в семьдесят тысяч, шведы ещё никогда не собирали такой огромный экспедиционный корпус. Его снабжением занимался самый лучший выжиматель соков из населения захваченных стран — генерал Стенбок — а Польша могла дать шведской армии огромное количество провианта и боеприпасов… И что в результате? Карл, коего превозносили как великого стратега, растратил доставшиеся ему ресурсы со щедростью записного кутилы. Насовершал массу тактических глупостей и наконец ввязался в безумную авантюру, решив, что сможет одной рукой осаждать не желавшую сдаваться крепость, а другой — победить царя Петра. Результат не заставил себя ждать.
Лучше бы он не армию растранжирил, а серебро из походной казны. Тогда не возникли бы вопросы, откуда у короля стремительно бедневшей на не прекращающихся десятилетиями войнах Швеции взялись такие огромные деньги. Здесь прокол оказался настолько явным, что беспокойство стали проявлять и те, кто не должен был даже подозревать о наличии Братства. И чего это теперь будет стоить, никто не мог дать ответ. Ведь премудрый механизм мёртв, а люди слабы и грешны…
…Одна из тех, кто нарушил планы Братства, сидит за столом, где решается судьба Европы на ближайшие несколько лет, если не десятилетий. Этого не должно было случиться. Но почему Братство не отдало Сен-Жермену приказ устранить её? Шевалье не знал.
Однако привычка повиноваться приказаниям старших членов Братства была не худшей чертой представителя обширного, но не слишком влиятельного рода. Опыт подсказывал, что они всегда, при любых обстоятельствах оказывались правы… Хотя, раньше у них было такое подспорье, как механизм. А сейчас?
Шевалье не знал и этого. Но продолжал повиноваться, как и прежде, надеясь, что во главе Братства стоят люди, у которых на плечах отнюдь не котелки с кашей.
— …Не ждите скорых результатов, Екатерина Васильевна. Сия говорильня может длиться годами.
19
Речь идёт об эпидемии чумы в XIV столетии, выкосившей, по разным оценкам, от трети до половины населения Европы.