М у н и. Вот ваш билет, мэм. Пять шиллингов, четыре пенса.
М и с с и с В з д о р. Возьмите деньги. Слушайте внимательно, молодой человек. В конторе я оставила одну сумочку, там у меня нечто превратное…
М у н и. Что, мэм?
М и с с и с В з д о р. Не твоё дело, что! Говорят тебе: нечто конфитинентальное!
С п у н и. Ой, Моггс, там у этой женщины контрабанда! Нечего нам с нею связываться!
М у н и. Глупости, Спайсер: она говорит, в сумочке у неё личные вещи. Желаете взять её с собой, мэм? Мы вам вынесем.
М и с с и с В з д о р. Это невыносимо! Я желаю, чтобы её послали.
Пауза.
М у н и. Послали — это как, мэм?
М и с с и с В з д о р. Не смейте меня перебивать! Я желаю, чтобы её послали… как там его … с еретическим еле-графом послали!
М у н и. Электрическим телеграфом, вы хотели сказать, мэм?
М и с с и с В з д о р. Надеюсь, я так и сказала.
С п у н и. Ох, Моггс, она, должно быть, сошла с ума.
М у н и. Очень сожалею, мэм, но не смогу этого сделать.
М и с с и с В з д о р. Ну, так я приму приментивные меры. Не будь моё имя Вздор, вот возьму и напишу в клозету.[19]
Сцена II
Сцена: боковые кулисы из зелёной бумаги.
Два указателя: «К кассе» и «На платформу». Багаж.
М у н и и С п у н и, как ранее.
М у н и. Спайсер, где миссис Вздор?
С п у н и. В зале ожидания рассуждает о еретических еле-графах.
М у н и. Знаешь, Спайсер, какой ужас я только что видел?
С п у н и. Нет, а какой?
М у н и. Железнодорожный справочник Бредшоу на двух ножках появился передо мной на столе, и в ту же секунду я услышал гулкий голос.
С п у н и. Ой, как ты меня пугаешь!
М у н и. Да, сударь, — гулкий голос, который произнёс: «Муни, отчего б тебе не петь? Спуни, отчего б тебе не петь? Спуни зарезал пенье. Впредь отныне Муни не будет петь, не будет Спуни петь» [20].
С п у н и. Сказал ли он что-либо ещё?
М у н и. О, ещё много чего! Он сказал:
С п у н и. Ещё что-то?
М у н и. А как же. Он сказал [20]:
С п у н и. Это нестерпимо! Ну, он наглец!
М у н и. Тихо, не перебивай.
С п у н и. Но, Моггс, это ведь не так! Я сомневался, что пою, и с пеньем я вовсе не знаком!
М у н и. Затем видение произнесло: «Передай от меня Спуни, что он ответит за свои поступки и проступки».
С п у н и. Ох, ничего себе! Не было такого уговору, когда я принимал это место; очень нужно, я был бы уже за сто миль отсюда!
М у н и. Что ж, не могу больше здесь прохлаждаться, — там кто-то прошёл в контору. (Уходит.)
С п у н и. Ну и дела! Вообразить ли: является книга и декламирует Шекспира словно живой человек? — я не в силах!
За сценой слышны голоса: «Спайсер, Спайсер! Живо сюда, помоги мне с ним справиться!» С п у н и уходит.
Вновь голоса за сценой: «Да послушайте… Это не ваше дело!» — «Придержите язык!» — «Прочь руки, мужлан!»
Входят О р л а н д о, М у н и и С п у н и.
О р л а н д о (поёт на мотив «Com’ é gentil…» [21]).
М у н и.
С п у н и. Понимаете, сударь, он считает, что таковы его обязанности, и потому он не выдаст вам билета, поскольку
О р л а н д о.
М у н и.
С п у н и. Понимаете, сударь, вы — джентльмен, а не бандероль, так что он не позволит вам ехать заместо багажа, поскольку
О р л а н д о. Тогда, значит, я должен сходить за деньгами. Приглядите за моим багажом — я направляюсь в Бирмингем. (Уходит.)
Раздаётся свисток.
М у н и. Вот и бирмингемский поезд; нечего дожидаться этого крикуна, пусть поезд отправляется.
С п у н и выходит. Слышны свистки и прочее, что в подобных случаях.
С п у н и возвращается.
С п у н и. Поезд ушёл.
Входит О р л а н д о.
С п у н и. А с ним и весь его багаж.
О р л а н д о.
М у н и.
О р л а н д о.
М у н и.
О р л а н д о.
М у н и.
О р л а н д о. Этот Бредшоу…
М у н и.
О р л а н д о.
М у н и.
О р л а н д о. Так и багаж мой тю-тю?
С п у н и. Именно, сударь.
О р л а н д о. Немедленно пошлите сообщение электрическим телеграфом, а я буду ждать здесь.
М у н и и С п у н и уходят.
О р л а н д о (поёт на мотив «Забыть ли старую любовь» [22]).
19
Помимо железной дороги и появления на британских островах первого собственно британского негра, ещё две приметы эпохи усматриваются в «опере». Во-первых, это бурное развитие печати во второй половине 1850-х годов, когда в Англии появилось более ста новых газет, а многие провинциальные еженедельники превратились в ежедневные издания. Этому способствовала долгожданная, до того ежегодно втуне вносимая особым предложением на парламентских сессиях, но и в интересующую нас эпоху лишь постадийная отмена так называемых «налогов на знание»: налога на газетные объявления (отменён в 1853 году), штемпельного сбора с газет и налога на бумагу (упразднены соответственно в 1855 и 1861 годах). Во-вторых, это внедрение такого новшества как электрический телеграф; ведь хотя первая, экспериментальная, телеграфная линия была запущена
20
Перекличка со сценой 2 Второго акта «Макбета» (в нашем случае — по переводу М. Лозинского).
21
Травестийное воспроизведение знаменитой речи Марка Антония из трагедии Шекспира «Юлий Цезарь» (действие III, сцена 2). В русском переводе М. Зенкевича:
Источник травестии мгновенно распознаётся благодаря, во-первых, зачину — гротескному перечислению того, к кому говорящий обращается, и где у Шекспира стоят (дословно) «Римляне, сограждане, друзья!» — и во-вторых, рефрену насчёт Спуни, отсылающему к знаменитому судорожному «А Брут весьма достойный человек» Марка Антония. Впоследствии Кэрролл ещё раз вложил первые слова этой речи (обращение) в уста своему персонажу — Благозвону во Втором приступе «Охоты на Снарка», придав им, в отличие от шекспировского оригинала и от повторяющей этот оригинал скорбной ситуации настоящего сочинения, весёлый, бравурный характер.