Когда машина подкатила к крыльцу, у Хидэмити было уже другое выражение лица. В вестибюле гостя встретила Томи и трижды низко поклонилась ему.
— Здравствуйте, простите, что давно вас не навещал! — вежливо сказал граф и, увидев стоявшего в стороне домоправителя Хирано, приветливо улыбнулся ему:— О! И вы здесь, Хирано? Как здоровье, старина? — Затем он снова заговорил с Томи:—Со мною собиралась поехать Таэко, но, к сожалению, у нее вдруг разыгрался ревматизм. Видно, из-за погоды. Она просила передать вам свой самый искренний и сердечный привет...
Продолжая дружески беседовать с Томи, Хидэмити направился в комнаты. Заслышав его громкий голос и шаги, Мунэмити, переходя из кабинета в гостиную, где он собирался принять брата, как всегда, подумал: «Шумливый господин!»
— Опять началось! Ужас, что творится! — поздоровавшись с братом, воскликнул Хидэмити, садясь на подушку в узорчатом шелковом чехле перед низким квадратным столиком; по другую сторону стола сел брат. Аккуратно подтянув полосатые брюки, Хидэмити принялся рассказывать о мятеже:
— Как я уже сообщил по телефону, убит премьер-министр. Говорили, что министр финансов Такахаси тяжело ранен, но на самом деле $н убит. Убит министр хранитель печати Сайто, а также Ватанабэ, главный инспектор военного обучения.
— Все видные люди! — отозвался Мунэмити.
-— Есть основания полагать, что и двор в опасности 88, Неизвестна также судьба графа Макино. Он был на курорте в Югавара и бесследно исчез. В общем пока еще толком ничего не ясно. Несомненно лишь одно: кабинет министров будет сменен и...
Последнюю фразу граф произнес тоном профессионального политика. Ведь в течение десяти лет, когда то и дело менялась политическая обстановка, а следовательно, сменялись кабинеты, графу Хидэмити Эдзима принадлежала не последняя роль в их формировании, недаром его прозвали «Cabinet-такег» 89, чем он втайне весьма гордился.
Мунэмити перебил брата.
— Ну хорошо. Я уж не говорю о властях, но неужели в ваших кругах так ничего и не было известно об этом мятеже?
— Увы! Мы ничего не знали!.. Можете назвать это невероятной беспечностью, но, к сожалению, это так и есть. Дело в том, что в среде молодых офицеров имеются различные политические группировки. Все они объявляют себя сторонниками реформ, но у каждой фракции своя программа, и держат они их в секрете, как военную тайну. Проникнуть в их замыслы кому бы то ни было извне просто невозможно.
Хидэмити, конечно, вилял.
Одновременно с маньчжурскими событиями 1931 года было несколько тщательно скрываемых от общественного мнения страны выступлений военщины: так называемый «мартовский инцидент» и «октябрьский инцидент», известный под названием «революции императорского штандарта», затем майские события 1932 года и, наконец, мятеж молодых офицеров, вспыхнувший в 1934 году90, сущность которого власти тоже пытались держать в тайне, но всё эти военные заговоры означали, что Япония постепенно вступает на путь фашизации. Наряду с этим развивалось левое движение, охватившее и известную часть интеллигенции и, конечно, молодежь, представители которой выведены на страницах нашего повествования. Но с этими бунтарскими элементами быстро расправились. Их сумели скрутить в бараний рог и обезвредить. Они оказались за бортом, а политическая жизнь Японии постепенно входила в фарватер оголтелой реакции.
Хидэмити прекрасно представлял себе этот процесс. Он был очень хорошо обо всем осведомлен не только потому, что близко стоял к правительственным кругам, но и потому, что сам играл немалую роль во всех событиях. Ему было хорошо известно, что происходит в среде военщины. Он знал, что в том антиправительственном движении, ядро которого составляли военные, шла борьба за влияние, были противоречия в принципиальных установках и разногласия относительно методов борьбы. Кроме того, часть участников этого движения после нескольких провалов военщины вынуждена была перейти от открытых, прямых действий к тактике лавирования. Знал он также, что в конечном счете в армии образовались две основные враждебные друг другу группировки. Результатом этой внутренней борьбы было, в частности, убийство начальника управления военного министерства, который был заколот кинжалом весной прошлого года. Хидэмити знал многое...
90
Речь идет о военно-фашистских террористических выступлениях 1931 —1934 гг., ознаменовавшихся рядом политических убийств сторонников буржуазного парламентаризма.