Матвей оторопел от его вопроса. Вот уж чего он не ждал от Калмыкова. Как это все сочетается в людях? Бизнес, жаргон, Шекспир…
– «О, этот взор, прекрасный и прощальный!» – с чувством продекламировал толстяк. – В моей рациональной душе Аля сумела разбудить тончайшие струнки. И они запели… Если бы заранее предвидеть, чем обернется наше знакомство!
– И чем же?
– Не торопите меня. Сами просили подробностей… так слушайте. Я провел бессонную ночь на этом диване, все утро пытался дозвониться до Алевтины. Она не отвечала. К полудню я созрел для того, чтобы поехать к ней и умолять о прощении. Я грубиян. Мой любовный пыл угасает. Что я мог ей дать, кроме денег? Но покупать расположение женщины… лично мне противно. Не секс, а именно расположение. Симпатию, понимаете? Симпатия – неуловимый ток, который вдруг возникает между людьми и притягивает их друг к другу. На этой почве мы и поругались.
– Алевтина требовала у вас денег?
– Не то чтобы требовала… Она намекала… расставляла силки… Но я-то стреляный воробей! За годы брака с Ларисой поднаторел в женских хитростях. Распознаю сразу! Вот и высказал свои мысли в нелицеприятной форме. Она обиделась, расплакалась, а я еще и обвинил ее в притворстве. В общем, всю ночь и половину дня я раскаивался и посыпал голову пеплом.
При слове «пепел» его перекосило.
– Ну а потом прыгнул в машину и помчался в Ласкино. Каково было мое изумление, когда вместо дома я застал головешки… В первый момент у меня сердце зашлось! Я подумал, что Алевтина была расстроена, могла выпить лишнего, забыть свечу, та перевернулась, и начался пожар. А она испугалась и сбежала, вместо того, чтобы вызвать пожарных. Она очень импульсивна, сплошные эмоции! Я готов был возместить хозяину все убытки! Я набирал и набирал ее номер, но ответа не было… Придя в себя, я поскорее вернулся к машине и уехал оттуда. Не хотел попадаться никому на глаза! Мало ли, как истолкуют мой интерес? Моросящий дождь разогнал любопытных по домам, и я был уверен, что остался незамеченным. Признаюсь, в мою голову закрались страшные догадки, только я не хотел им верить. Я подумал, что Аля нарочно подожгла дом… мне в отместку! Платить-то в любом случае буду я! Откуда у нее такие средства? Я, конечно, давал ей денег, но не такими большими суммами…
Калмыков увлекся воспоминаниями, погрузился в них, заново переживая завязку своего позднего романа. У него появился слушатель, и он, тайно желая излить кому-то душу, разговорился…
– Мы с Алевтиной познакомились в «Гвалесе». Есть такой ночной клуб, где я владею солидной долей. Люблю оригинальные шоу… иногда хочется пощекотать нервишки. Не помню, какое давали представление, но в нем надо было непременно принимать участие: подсаживаться за чужой столик и заводить интригующую беседу. Я подсел к Алевтине… тогда я еще понятия не имел ни кто она, ни как ее зовут. Мне показалось, она бросает на меня какие-то особенные взгляды… Мне понравился ее наряд, ее манера держаться, говорить, ее черные вьющиеся волосы. Я пришел в восторг, узнав, что они вьются от природы! Она была одета в старинное платье, не очень богатое, но кокетливое и вызывающе открытое. Она сказала, что в средние века так наряжались маркитантки[24] при английской армии. Ее взгляд был чернее ночи…
Она ждала от меня какой-то «страшной истории», я наплел с три короба всякой ерунды. Болтал все, что приходило в голову. Нес полную ахинею! Она слушала со странной улыбкой на губах… Потом наступила ее очередь заинтриговать меня. Вероятно, она подготовилась заранее, потому что ее рассказ оказался по-настоящему захватывающим и связанным с кельтской магией. Как раз в тему! Само название клуба имеет древние корни. Кельты верили, что на острове Гвалес вечно пируют и развлекаются бессмертные боги и герои, варят в волшебном котелке свинину и пьют вино забвения. Это своего рода потусторонний мир, время там останавливается, и могут происходить разные чудеса…
– Вот и с вами произошло чудо, – заметил Матвей, подавляя зевок. – Вы встретили женщину своей мечты!