Транспорт «Вилсанди» сделал 238 рейсов, перевез по сравнению с другими судами наибольшее количество пассажиров и грузов — 106 481 человек и 6400 тонн различных грузов[14].
Начало нового, 1943 года ознаменовалось для всех защитников Ленинграда огромной радостью: наконец-то совершилось долгожданное — блокада была прорвана!
Это событие произошло под Шлиссельбургом, совсем близко от нашей зимней стоянки. 18 января войска Ленинградского и Волховского фронтов соединились на южном берегу Ладожского озера. Кольцо блокады было разорвано, и у Ленинграда появилась сухопутная коммуникация, связавшая его со страной.
На клочке земли, отвоеванном у, врага, стали быстро прокладывать железную дорогу. В Шлиссельбурге инженерные части построили временный деревянный мост, соединивший стальными рельсами левый и правый берега Невы. Вскоре у Ленинграда появилось прямое железнодорожное сообщение с Большой землей Родины.
Конечно, в связи с этим положение Ленинграда значительно улучшилось, но блокада еще не была снята. Ведь город со страной соединяла узенькая полоска земли шириной в 12 километров, а временный железнодорожный мост, качавшийся, когда по нему шли поезда, нередко выходил из строя под ударами вражеской авиации и артиллерии из района Синявина.
Поэтому поток автомашин по ледовой трассе не уменьшился, и Ладожской военной флотилии предстояло весной снова принять от нее эстафету на «Дороге жизни».
Зимой команды кораблей много сил отдавали подготовке к новой навигации. Флагманский инженер-механик отряда транспортов инженер-капитан-лейтенант З. Г. Русаков, энергия и жизнерадостность которого были неистощимы, умело организовал судоремонт. К середине марта в бухте Морье уже стояли в готовности к походу транспорты «Вилсанди», «Совет», «Чапаев» и другие суда отряда.
Досрочное завершение зимнего ремонта всех кораблей имело исключительно важное значение, так как летняя навигация в 1943 году началась на 2 месяца раньше предыдущей.
26 марта флотилия получила приказ Военного совета Ленинградского фронта — начать пробивать во льду фарватер из порта Морье в порт Кобона (в это время был поврежден железнодорожный мост через Неву, и движение поездов прекратилось).
В этот же день канонерская лодка «Шексна», которая впоследствии была включена в состав отряда транспортов, вышла из бухты Морье. Израсходовав весь запас взрывчатки, она не добилась значительного продвижения во льдах и вернулась на следующее утро в порт. Та же картина повторилась в последующие сутки.
29 марта «Шексна» возобновила усилия пробиться к восточному берегу. Через сутки ей на помощь вышел наш пароход «Чапаев». Мы догнали «Шексну» южнее маяка Кареджи. Лед достигал здесь толщины в три четверти метра. Подрывные команды обоих кораблей, а также подрывная партия с берега, шедшая нам навстречу, взрывали лед, и корабли, хотя очень медленно, шаг за шагом, пробивались вперед.
Из-за плохого состояния льда движение автомобильного и гужевого транспорта по ледовой трассе прекратилось. Надо было спешить с открытием навигации. Наконец 1 апреля мы достигли заветной цели — порта Кобона.
Так началась навигация 1943 года. Вначале плавание протекало в тяжелых ледовых условиях, и для «Вилсанди» оно закончилось трагически.
На рассвете 6 апреля канлодка «Шексна» и транспорт «Вилсанди» вышли из бухты Морье в Кобону. За неделю-две до этого на «Вилсанди» назначили нового командира — капитан-лейтенанта Г. А. Магулу. Меня, исполнявшего в начале апреля обязанности начальника штаба отряда, послали с ним в поход в качестве обеспечивающего офицера.
У восточного берега корабли вошли в плотный лед и продвигались по ранее пробитому фарватеру. Канлодка «Шексна», обладавшая более прочным корпусом и сильной машиной, продвигалась быстрее «Вилсанди» и ушла вперед.
Стояло теплое солнечное утро. Снег интенсивно таял; под напором вешних вод и свежего ветра, дувшего с норд-оста, трещал лед; то тут, то там появлялись разводья. Вдруг сильным порывом ветра от косы Кареджи оторвало береговой лед и понесло в нашу сторону. Вскоре транспорт «Вилсанди» зажало льдом. Корабль все больше и больше сдавливало, так как с левого борта налезали льдины, оторванные от берега, а с правого стояло неподвижное ледяное поле.
Мы сообщили о случившемся на «Шексну». Канлодка пыталась прийти к нам на помощь, но не смогла этого сделать: ее тоже затерло льдами. Команда «Вилсанди» принимала энергичные меры, чтобы освободиться из ледяного плена. Однако ни окалывание, ни подрывы льда аммоналом не улучшили положения корабля.