— Правда? Никогда про это не слышал.
— Еще бы. Я и не надеялся.
Когане глубоко вздохнул. Он прекрасно знал, что хоть Ёсихико и стал временным лакеем, он совершенно не разбирался в древних текстах, богах и традициях Японии.
— Да пусть лишь иногда будет выдаваться возможность лизнуть мисо, мне хватит, — бог нищеты улыбнулся, показывая пожелтевшие зубы, и усмехнулся.
— Ну, мисо сегодня где угодно делают…
Ёсихико свернул на улицу, по которой обычно не ходил, и зашагал в сторону, где виднелись крупные дома. Все улицы впереди были узкими и односторонними. Наверняка их жителям не понравится незнакомец.
— Вопрос в том, кого бы выбрать…
Ёсихико сложил руки на груди и протяжно хмыкнул. С одной стороны, что-то подсказывало ему просто закинуть бога в любой крупный особняк, а с другой — не будет ли такого, что дом только снаружи кажется благополучным, а на деле обитатели его с трудом находят деньги на такое жилье? От этой мысли у Ёсихико чуть не опустились руки. Раз уж на то пошло, ему не нравилось, что он хоть и выполнял божественный заказ, но пытался кого-то разорить. Богу счастья и благополучия он бы искал дом с превеликой радостью.
Ёсихико уныло петлял по дорогам и засматривался на крупные дома рядом с ними. Их окружали то совсем недавно построенные заборы, то старые ограды в традиционном стиле, даже прикрытые наклонными крышами. Любое здание более чем в два раза превосходило дом Ёсихико по размеру. В гаражах у дороги непременно стояли либо люксовые иномарки, либо представительские машины отечественных18 марок. Каждая — отполированная до блеска и сиявшая как гордость хозяина.
— ...Если бы я тут родился, жизнь моя сложилось бы совсем по-другому, — прошептал Ёсихико, глядя на один из домов, с крепкими воротами в европейском стиле у въезда. Когане позади него сразу предупредил:
— Негоже желать невозможного.
— Помечтать-то можно, — с легкостью парировал Ёсихико.
Вдруг он остановил взгляд на стоявшем у обочины черном автомобиле. Рядом с ним безмолвно стоял мужчина в костюме — явно водитель, ожидавший хозяина. Позади же виднелся роскошный даже по местным меркам особняк.
Двухэтажный дом в чистейшем японском стиле с черепичной крышей и гипсовой стеной по периметру всей территории. В стенах изысканного бурого цвета виднелись окна, закрытые дорогущими бамбуковыми ставнями. Ворота в виде решетки, от которых начиналась каменная дорожка, украшали фонари из плетеного бамбука. Иной бы по ошибке с легкостью спутал с дом с гостиницей или рестораном в классическом японском стиле.
— Это же сколько нужно получать, чтобы такой дом отгрохать…
Наконец, Ёсихико обратил внимание, что и стены, и двери выглядели недавно отреставрированными.
— Может, поселишься здесь? — не слишком уверенно предложил Ёсихико.
Пожалуй, здешние жильцы выстоят, даже если бог нищеты избавит их от части богатств.
— Да, у этого дома упадок наверняка будет знатным…
Сгорбленный бог нищеты взглянул на дом с надеждой. Тем временем из дома вышел успешный на вид мужчина и миновал решетку ворот. Ёсихико тут же притаился у изгороди дома напротив. Конечно, он не сделал ничего плохого, но ему не хотелось вступать в разговор с человеком, которого он, быть может, собирался довести до бедности. Покинувший особняк мужчина даже не заметил Ёсихико и сразу пошел к машине. Водитель отточенными движениями пригласил его внутрь, закрыл дверь и сам разместился на водительском сиденье.
— Небось, директор какой… — пробормотал Ёсихико вслед удаляющейся машине.
Такие, как он, наверняка спонсируют какие-нибудь храмы.
— Как бы там ни было, от дома за версту несет богатством, — проговорил Когане и фыркнул.
— Не знаю, что за люди там живут, но я, в принципе, согласен с выбором.
— О, правда? Раз так…
Но за мгновение до того, как Ёсихико принял бы судьбоносное решение, над головой раздались голоса, и он немедленно заткнулся.
— Видала? Муж у Такамори куда-то поехал.
Вероятно, голос принадлежал жительнице дома, которому принадлежала изгородь. Прямо рядом с тем местом, где затаился Ёсихико, росло дерево, поэтому он не видел ее лица, но наверняка она с кем-то разговаривала. Видимо, у хозяйки были гости, поскольку в ответ раздался другой женский голос:
— А дочь у него все так же в бегах? Только ведь недавно с ней работу проводили.
— Вот-вот. Я слышала, она так домой и не вернулась.
— Куда она в такое время пойти-то могла?
— Как ее мать держится — не представляю.
Ёсихико понял, что застал не самый приятный разговор, и рыскал взглядом по сторонам в поисках возможности для бегства. Такими темпами он вполне мог услышать то, чего совсем не стоило, поэтому хотел по возможности дистанцироваться от сплетен многоуважаемых домохозяек. Вот только сплетни лишь набирали обороты наперекор желаниям Ёсихико.