Крис соскочил со своего стула и схватил Мэлджамина, прижав его к земле. Тощий кузен боролся с силой великана, но Крис скрутил ему руки за спину. Мэлджамин вертел головой, пытаясь разглядеть противника. Его глаза были мертвы.
— Отпустите его, — сказала Инносет.
— Что? — хором произнесли Крис и Доктор.
— Не пытайтесь остановить его. Слишком поздно. — Она толкнула дверь. — Пожалуйста, позвольте ему, по крайней мере, уйти с достоинством.
Крис опустил колено на спину Мэлджамина и обратился к Доктору за инструкциями.
— Держи его, — сказал Повелитель Времени и повернулся к Инносет. — Я хочу знать, куда он пойдёт.
— Подальше от страданий, что вы причиняете, — объявила она.
— Абсолютная чепуха, кузина!
— Просто отпустите его! — Инносет открыла дверь и замерла.
Снаружи стояла огромная фигура, наполовину скрытая в темноте. Она не двигалась. Мэлджамин вырвался из рук Криса и выбежал из комнаты мимо застывшего драджа.
Доктор и Инносет стояли в дверном проёме, ожидая, что сделает слуга. Когда Крис присоединился к ним, Мэлджамин уже исчез во мраке.
Драдж не пошевелился. Он просто смотрел на Доктора.
— Что ему нужно? — прошептал Крис.
— Ну, вряд ли он принёс нам булочки с сыром, — ответил Доктор. Инносет закрыла дверь.
— Оуис должен был предупредить нас. Подождите, пока я не найду его. Она открыла дверь. Драдж по-прежнему стоял там.
Оуис стоял, прислушиваясь к черепам. Черепам, которые жили под палатой. Они были шумными сегодня вечером, шепча через проходы и коридоры. Всегда неуловимые для взгляда. В тенях. За занавесками. Когда Вы были нужны им, они звали Вас по имени. Сегодня вечером они звали Мэлджамина.
Оуис нервно жевал сухой пустоголовик. Он должен рассказать Глоспину о злоумышленниках. Он должен был знать, зачем они пришли. Он не видел настоящих людей с начала темноты. Он забыл, на что они похожи. И он знал, где они вошли.
Он направился к трансматовой кабине в Зале в южном крыле. Она была заброшенной, пульт управления потемнел от векового осадка углерода. Дверь покрылась паутиной. Внутри среди тусклого мерцания находился призрак, фигура в униформе, что стояла там с наступления темноты. Оуис был уверен, что уже день, но проходы по-прежнему оставались тёмными[38]. Он протянул руку к летучей мыши, висевшей вверх ногами. Небольшое животное запищало и взяло кусочек пустоголовика.
— Где остальные? — сказал Оуис, поглаживая её кожистые крылья.
Она вспорхнула и улетела. Пока он торопился рассказать Глоспину, он прикасался к воспоминаниям, живущим в каждой тени Дома. Он видел места, где крал еду и где был пойман, когда крал её. Возможно, он видел их в последний раз. Он не был уверен в своих чувствах. Это могло быть просто расстройство желудка.
Печь Глоспина была пуста. Металлическая дверца висела открытой, как будто печь отчаялась вернуть пленника.
Оуис направился к грибной ферме. Среди грибов виднелись следы ботинок. Урожай скользил по полу и стенам. Площадка была практически пуста. Тело Аркхью исчезло.
Присев, Оуис выкопал самые жирные грибы и засунул в карман. Черепа успокоились. Дом был тих. Нервная тишина. Никакого скрипа или писка. Внезапно он понял, почему Инносет отослала его.
Это было намеренно. Они хотели избавиться от него. Инносет, и Глоспин, и Аркхью. Землеройки. Даже черепа ушли. Эта была месть. Они все сбежали, не позвав его с собой.
Драдж не двигался. Он стоял возле двери в комнату Инносет, полностью сосредоточив внимание на Докторе. Крис подумал, что он, вероятно, мог бы ждать вечность.
Доктор и Инносет игнорировали присутствие драджа, молча расхаживая по комнате. Джобиска заснула в своём кресле. Крошечная связка костей в грязном и рваном кукольном платье. Крис задался вопросом, как что-либо настолько хилое могло всё ещё существовать.
Голоса в его голове стихли, как только Мэлджамин покинул комнату. Но он был уверен, что Инносет тоже слышала их. Что касается Доктора, ну, в общем, Доктор был Доктором. Невозможно сказать, о чём он думал — по крайней мере, как минимум о трёх вещах сразу. И это только тогда, когда он спал.
Крис поднял старые, поцарапанные фишки, которые были рассеяны по тому, что напоминало карту местности. Миниатюрные модели странных зданий на склонах горы, связанные поблекшей тропинкой и разделённые на крошечные цветные квадраты. Он нашел среди фишек восьмигранный кубик и бросил его на доску.
Грохот заставил Доктора с Инносет обернуться и прекратить молчаливый спор. Фишки на доске самостоятельно расположились по Домам согласно цветам. Старая леди тоже проснулась. Как только она увидела, что делает Крис, то нетерпеливо наклонилась вперёд.
38
В главах, где действие происходит в Доме Лангбэрроу, автор использует слова «candleday» и «candlenight». Так как это не имеет аналога в русском языке, в переводе это — «день» и «ночь». Но на самом деле подразумевается то, что за окнами — вечная темнота, а время суток определяется зажиганием ламп, а не естественным образом. Когда лампы включаются — наступает день, когда выключаются — ночь.