Ланселот, или рыцарь телеги

К смиренной просьбе снизойти.
Ещё не зная, что же просят,
Тот обещание приносит
Их просьбу удовлетворить.
Суть дела стали говорить:
Хотят, чтоб госпоже их сир
Прийти дозволил на турнир.
Король всегда был безотказен:
«Она не против – я согласен».
Довольны, вышли дамы, девы,
Пошли на поиск королевы,
И такова к ней просьба дам:
«Не отвергайте же, мадам,
То, что король нам поручил».
«О чём здесь речь? – ответ им был. –
Скажите!» Дамы отвечали:
«Когда бы вы согласье дали
Прийти взглянуть на наш турнир,
Не воспрепятствует вам сир
На это зрелище явиться».
«Что ж, если муж мой согласится,
Приму я ваше предложенье».
По всей стране без промедленья
Девицы разносили весть,
Что есть надежда им привесть
Монархиню на праздник бранный
В день, для ристания избранный.
Молва летала там и здесь,
Ни град не минула, ни весь,
И столь быстра, и столь крылата,
Что в край, откуда нет возврата,
Она проникла той порой.
Но человек теперь любой
Мог вновь туда войти свободно
И выйти мог когда угодно.
Та новость со двора на двор
Летя по королевству Горр,
Проникла в дом, где постоянно
Жил сенешаль Мелеагана,
Достойный ада зла союзник.
И там-то Ланселот как узник
Мелеаганом заточён.
Его так ненавидел он,
Как никого иного в мире.
Услышав новость о турнире,
Узнав и дату торжества,
Он не расплакался едва,
Исчезла радость, сердцу туго.
А сенешалева супруга
При виде горести бескрайней
Шепнула Ланселоту втайне:
«Во имя Господа, мессир,
Да внидет в вашу душу мир,
Что с вами сталось, объясните.
Не пьёте вы и не едите,
Не шутите, не веселитесь.
Со мною смело поделитесь,
Что в ваших мыслях, что гнетёт?»
«Не удивляйтесь – молвил тот, –
Мадам, что нынче тяжко мне,
Я весь в отчаянье, зане
Не быть мне среди куртуазных
Особ достойных и прекрасных:
Турнир здесь разумею я,
Там будет люда толчея.
Коль вам не чуждо доброхотство,
Коль Бог послал вам благородство,
Чтоб дать туда поехать мне,
Поверить можете вполне,
Что поступлю я по обету:
К вам возвращусь в темницу эту».
И та: «Всё б сделала я, ах,
Коль не предвидела бы крах
И гибель собственную чутко!
Мне даже и подумать жутко:
Злодей – сеньор Мелеаган,
Коль помогу вам, сей тиран
Отмстит жестоко мне и мужу.
Неудивительно, что трушу,
Ведь он безжалостен, порочен».
«Коль вы, мадам, боитесь очень,
Что не вернусь я к вам в темницу,
Когда турнир тот завершится,
Я вам сейчас же поклянусь
(От клятвы я не отрекусь),
Что всем препонам поперёк
Я возвращусь к вам под замок,
Когда свершится предприятье».
«Мой Бог, не стану вам мешать я,
Но при условии». – «Каком?» –
«Дать клятву мне, что прямиком
Вернётесь вы в темницу снова
И подтвердите, что готовы
Мне подарить свою любовь».
«Мадам, приду в темницу вновь
И всю, что есть, любовь дарю вам».
«Не о сейчас я говорю вам, –
С усмешкой отвечала дама. –
Я догадалась, скажем прямо,
Что вы другой отдали ту
Любовь, которую я жду.
Но не в обиде я нисколько,
Беру то, что могу, и только.
Сим удовольствуюсь вполне.
Но всё ж пора услышать мне
Торжественный обет; клянитесь,
Что вы в темницу возвратитесь».
Ей Ланселот ответил снова,
Поклявшись истиной Христовой,
Что возвратится он в тюрьму.
Тут платье алое ему[74]
Дала супруга сенешаля;
И скакуна отдать не жаль ей,
Он был красив, силён, горяч.
И Ланселот пустился вскачь,
На нём новейшая броня,
Вся цвета алого огня.
Галопом он к Ноо стремится.
Решив в том лагере сразиться.
Расположился он в предместье.
Приют ему был не по чести –
Дом низок и не в меру мал,
Но появляться не желал
Он там, где узнан мог бы быть.
Смог замок рыцарей вместить
Лишь самых знатных, большинству же
Стать на постой пришлось снаружи.
Туда явилось столько их,
Что одному из пятерых
Под крышей места нет совсем,
И из восьми, наверно, семь
Не шли б на эту авантюру,
Когда бы не жена Артура.
В округе лье на пять и боле

74

Тут платье алое ему... – Символика алого цвета связана со страстью, огнем, солнечным светом. Королева Геньевра тоже появилась на свидании с Ланселотом в алом плаще.