«Пусть они успеют открыть ворота и выслать подмогу!» — безмолвно взмолился Мартин.
К какому богу он обращался в эту минуту? Он и сам не знал, но в таких обстоятельствах человек всегда взывает к высшим силам.
В то же время его не оставляли сомнения. Что, если ромеи решат, что помощь неизвестным беглецам может обернуться для них неприятностями? Однако вид знатной дамы, взывавшей о помощи у самых стен крепости, возымел действие. Ворота начали неспешно приоткрываться.
Теперь Мартин мог уже не спешить и спокойно оценить положение. К нему подъехал Сабир и придержал свою кобылу, следя за отставшими. Мартин с теплотой подумал: «Вот кто всегда рядом, с ним, как за каменной стеной!»
Отсюда он мог отчетливо видеть приближавшихся газизов. Это был многочисленный отряд, но все же не настолько крупный, чтобы попытаться взять крепость штурмом. Их больше интересует добыча — недаром, когда лопнул повод, на котором тащили верблюда, и замученное животное, замедляя бег, свернуло в сторону, часть преследователей тут же кинулась следом. К ним присоединилась еще дюжина воинов. Верблюд, навьюченный кожаными вьюками, — огромный соблазн для нищих всадников-тюрков!
Мартин неторопливо направился к крепости, время от времени оглядываясь назад. Верблюд приостановил погоню, но ведь были еще и мулы с поклажей! В одного из них только что угодила выпущенная преследователями стрела. Мул упал и забился в пыли. Но тут, к неописуемому изумлению Мартина, Обри вздернул своего коня на дыбы, развернул его и помчался назад. Остановившись возле раненого мула, он торопливо спешился и принялся снимать со спины животного вьюки.
— Этот человек лишился рассудка! — воскликнул пораженный рыцарь.
Первым его движением было броситься на помощь англичанину, но вместо этого он натянул поводья.
К дьяволу! Сэр Обри путается у него под ногами и мешает сближению с леди Джоанной. Лучшего случая отделаться от него не представится. Сейчас газизы избавят его от лишних хлопот. Видно, такова судьба этого свихнувшегося сквалыги.
Со стен крепости по-прежнему следили за происходящим, но не спешили вмешиваться. Сэра Обри можно было уже считать мертвецом. Мартин видел, как Эйрик, на миг оставив Иосифа, начал было поворачивать коня, чтобы вмешаться, но, видимо, в голову ему пришла та же мысль, что и рыцарю, и он оставил эту затею.
Иначе повел себя Иосиф. Оглянувшись и заметив, что англичанина вот-вот настигнут газизы, молодой еврей что-то приказал своим людям, те развернулись, на ходу натягивая луки, и дюжина стрел поубавила прыти преследователям.
Всадники, направлявшиеся к Обри, придержали коней, а тут как раз появился еще один мул с поклажей, привлекший к себе их внимание. Сэр Обри, вскинув на плечо снятую с раненого мула переметную суму и дико озираясь по сторонам, бросился ловить свою лошадь, успевшую отойти на солидное расстояние от хозяина.
Трое или четверо газизов были уже совсем рядом с лордом. Сэр Обри попятился, выхватил меч из ножен, но новый залп лучников Иосифа отогнал наседавших на него всадников. Однако в следующую секунду один из них оказался рядом с англичанином и вихрем налетел на него, размахивая саблей.
Сэр Обри отскочил, увернулся и заметался между окружившими его газизами, переметная сума полетела в пыль, но теперь ему уже было не до нее.
«Сейчас кто-нибудь из газизов захлестнет его глотку арканом и потащит за собой», — решил Мартин. Именно так и действуют тюркские конники, если не могут подступиться к врагу на расстояние Длины клинка. Он не понимал причины безумной отваги англичанина, но знал, что еще несколько мгновений — и тот окончательно осознает, что для него все кончено.
Но тут из ворот крепости показался отряд закованных в броню ромейских воинов. Их было не так уж много, но катафрактарии[80] слыли грозными воинами. Поэтому легко вооруженные и уже заполучившие значительную часть добычи газизы предпочли не связываться без нужды с тяжелой имперской кавалерией.
Один из них, склонившись с седла на скаку, подхватил оброненные Обри сумы. И, вновь удивив Мартина, англичанин ринулся следом, яростно размахивая мечом и вопя, словно надеялся отбить свое добро. Когда грабитель уже удалялся, сэр Обри в бессильном отчаянии метнул ему вдогонку меч.
Мартина это позабавило. Что за сокровища хранились в этих сумах, если Обри рисковал ради них жизнью?
Об этом он узнал позже, когда все они уже находились в крепости и местные женщины обносили спасенных чужеземцев холодной водой. Обри напоили первым; едва опомнившись, он принялся звать жену.
80
Катафрактарии (от греч. «катафрактос» — «покрытый броней») — тяжелая кавалерия Ромейской империи. Основное вооружение катафрактариев — длинные копья, достигавшие 4,5 м в длину.