Джимми все устраивало. «Идеально, – сказал он о местном оборудовании. – Как только у нас появлялась новая идея, мы тут же записывали ее на пленку». Единственное, что надо было контролировать, уровень адреналина в крови. «Порой идея нас так захватывала, что мы слишком торопились ее записать».
Но сдерживаться было некогда. Полным ходом шла запись. Одна из первых композиций, над которой они стали работать, строилась на придуманном Джимми нисходящем риффе, но выросла вокруг пьяной песенки Бонзо, которую он пел во всех пабах.
«Когда Джон напивался, он начинал петь все подряд», – говорил Джимми. В одной из таких песен Бонэма были слова: «Out on the tiles, I’ve had a pint of bitter / And I’m feeling better ‘cause I’m out on the tiles» («По пьяни выпил пинту пива я, и мне гораздо лучше, ведь я чертовски пьян»). Роберт, позволив себе некоторые вольности с текстом, сделал из этого пронзительную и сумбурную песню о любви с плотным инструментальным сопровождением. «Такая музыка – сплошные риффы и ритм. Вплести в нее вокал очень трудно, но я справился», – хвастал Роберт. Стремительный темп песни стал ее основной музыкальной силой: он подталкивал инструменты к выходу на расширенный финальный пассаж, и завершить песню достойно можно было только так. Изначально она была известна как «Bathroom Song», но позже получила название по оригинальному тексту Джона – «Out on the tiles». Поэтому никто и не понимал, в чем его смысл.
Они решили записать традиционную фолк-песню Ледбелли «Gallis pole». Джимми услышал ее на «старом лонгплее Фреда Герлаха», близкого друга Вуди Гатри и Пита Сигера. Джимми впервые играл на банджо. В основном он полагался на технику «фингерпикинг», напоминавшую ему «студийные времена», когда он развил «технические навыки игры». Он также сделал наложения шести- и двенадцатиструнных акустических гитар и электрогитары. Джон Пол украсил трек игрой на мандолине, мрачном контрапункте леденящей кровь лирики.
Группе пошел на пользу переход к акустике: «Это не было идеей фикс: “О, мы играли тяжелый материал, а теперь попробуем легкий”», – говорил Джон Пол, вспоминая сессию в особняке и последующую за ней, продолжительную сессию на «Island Studios» в Лондоне. После нескольких часов работы над звучанием тяжелых песен, музыканты, всегда игравшие на пределе, получили возможность выразить себя обезоруживающе простым, но убедительным способом. «Акустический материал сделал Led Zeppelin гораздо мощнее. Мы больше не были машиной по производству хитов».
А фанаты ждали хитов. Когда в октябре 1970 года на прилавки вышел новый альбом Led Zeppelin III, легион преданных адептов оказался сбит с толку. Их озадачили не только песни, но и оформление обложки. Внутри конверта было закреплено картонное колесо, где сквозь прорези можно было разглядеть участников группы в стиле поп-арт, изображения бабочек, початков кукурузы и разных безделушек. При прокручивании колеса отдельные изображения появлялись в прорезанных в конверте окошках. Такое оформление было призвано «отражать идиллическую сельскую атмосферу, имитируя ежегодный календарь посевных работ». Критики сочли концепцию глупой и «подростковой», как ее описывал Джимми, более уместной для пластинки семьи Партриджей[82].
С песнями дело обстояло совсем иначе. Они радикально отличались от привычного имиджа Led Zeppelin. Многие фанаты сочли «смешанный брак рока и фолка» резким уходом от прежнего стиля и чересчур сложным, чтобы оценить его по достоинству. И хоть пресловутая игра света и тени никуда не делась, довод Роберта, что «у нашей музыки, как и у всех людей, разное настроение», звучал неубедительно. Фанатов не волновали перепады настроения: они ждали привычную музыку от любимой рок-группы.
Прочный миф о Led Zeppelin был разрушен. Но желая добавить в него новые краски, музыканты полностью лишили его цвета. Никакой энергетики «you need cooling» и «squeeze my lemon», атаки, бури и натиска. Рецензенты обвиняли группу в утрате собственной индивидуальности и смягчении звука. Британский ежемесячный рок-журнал «Q» назвал альбом «шатким и рассеянным». Даже критики, прежде певшие группе дифирамбы, признали диск слишком самовлюбленным и мудреным примером холодного расчета. Они не доверяли искренним намерениям музыкантов. Пресса подчеркивала, что пластинка уступает своим предшественницам в напряжении и остроте. Заголовки рецензий в «Disc» и «Music Echo» гласили: «I, II, III…и “Цеппелин” сдувается». Пластинку ожидаемо раскритиковал и «Rolling Stone»: Джимми, в свою очередь, назвал отзыв «топорной работой», как и мнение изданий «Creem» и «Crawdaddy», также поставивших альбому низкую оценку. Из всех ведущих музыкальных изданий только «Melody Maker» оценил альбом по достоинству, озаглавив рецензию «Zeppelin III – чистое волшебство». Недвусмысленный восторженный отзыв вышел из-под пера Криса Уэлча: он заключил, что LZ III «куда лучше, чем LZ II».
82
«Семья Партриджей» – американский телевизионный музыкальный ситком, посвященный семье, путешествующей по Америке и играющей рок-н-ролл.