Рэй Уошберн позвонил Юнити Маклин в офис «Swan Song». «Питер требует, чтобы вы все покинули офис. Выключите свет, заприте замки и не отвечайте на звонки. Оставайтесь дома до дальнейших указаний», – сказал он.
«Что случилось?» – спросила Юнити.
«Не твое дело, – огрызнулся он. – Я все сказал. Закрой офис, иди домой и жди указаний».
Юнити не понимала, что случилось. Должно быть, Питер попал в серьезную передрягу. Может быть, его предупредили о полицейской облаве в связи с наркотиками? Или его бизнес накрылся? А может, он устроит в офисе тайное свидание? Прежде, она никогда не запирала контору на все замки… Дома ждал ее муж Брюс: «Пойдем в паб и выпьем», – сказал он.
«Вроде бы еще рано», – запротестовала она.
Но Брюс настаивал, и когда они пришли в паб «Goat», он заказал Юнити большой бокал бренди. Брюс объяснил, что до ее приезда домой настойчиво звонили писаки из «Daily Express» с просьбой прокомментировать «безвременную кончину Джона Бонэма». Маклин едва удержалась на стуле.
«Ричард! – подумала она. – Кто-то должен сообщить об этом Рикардо». Но прежде чем она успела придумать, как с ним связаться, он сам позвонил ей из итальянской тюрьмы.
«Охранники сказали мне, что один из Led Zeppelin умер», – сказал он, уверенный, что жертвой был Джимми Пейдж.
«Нет-нет, это Бонзо», – сказала она и услышала всхлипывания на другом конце провода.
Новость буквально уничтожила Ричарда. «Бонзо был моим близким другом, союзником в группе», – вспоминал он позднее.
Джон и Рикардо, два сапога – пара, в шутку называли себя «парочкой прохвостов». Прожигая жизнь, не щадя сил, они устраивали переполох везде, куда бы их не занесло. А теперь Бонзо мертв, а Ричард в тюрьме. Они слишком долго испытывали судьбу на прочность.
Похороны Джона Генри Бонэма состоялись 10 октября 1980 года в приходской церкви Архангела Михаила в Рашоке, неподалеку от фермы барабанщика. И хотя церемония прощания – внутреннее семейное дело, его семья была гораздо больше, чем думала Пэт. Попрощаться с Джоном пришла огромная армия, начиная с товарищей по группе и сотрудников «Swan Song» и «Atlantic» и заканчивая музыкантами-земляками, в числе которых значились Бив Бивэн, Джефф Линн, Рой Вуд, Денни Лэйн, Тони Айомми. Все они, как когда-то и Бонзо, прошли долгий путь от поиска себя и своего призвания в Мидлендсе до «Зала славы рок-н-ролла». Поминки прошли в любимом пабе Бонзо «Chequers», где алкоголь лился рекой до поздней ночи. Поминальные речи не стихали до тех пор, пока все не упились в стельку, а количество выпитого ошарашило бы и самого покойного.
Никто толком не знал, что делать дальше. Оставшиеся в живых члены группы уехали в Джерси, чтобы избежать внимания прессы и предаться скорби. «Мы поселились в отеле, – вспоминает Бенджи Ле Февр, – и пытались смириться с тем, что произошло. Но было ясно, что с Led Zeppelin покончено. Все это понимали».
«Они вернулись из Джерси, и я забронировал номер люкс в отеле “Savoy” на послеобеденный чай», – вспоминает Питер Грант. Собрание было созвано якобы для того, чтобы обсудить будущее группы, но все было кристально ясно еще до того, как кто-то произнес хоть слово. Тем не менее, они спросили мнение Джи: «Я сказал, что теперь, когда квартет исчез, продолжать смысла нет. Они вздохнули с облегчением, потому что считали так же».
«Я даже и представить не мог, как играть без Джона», – размышлял Джон Пол. В первую очередь, Led Zeppelin были концертной группой. Участники, при всех их различиях, составляли целое, которое всегда больше, чем сумма частей. Джоунси понимал, что без Бонзо за барабанной установкой они будут совсем другой группой. «Нет Джона – нет Led Zeppelin, вот и все».
Позиция Джимми оставалась неизменной с тех пор, как в 1973 году, в интервью Лизе Робинсон он сказал: «Безусловно, мы будем вместе, пока один из нас не выйдет из игры». «Глупо даже помыслить о том, что Zeppelin продолжит существовать. Это было бы оскорблением памяти Джона», – так говорил Джимми теперь.
«Как мне кажется, никто не станет спорить с тем, что группа прекратила существование в ту самую минуту, когда ушел Бонзо. С этого момента “Цеппелинов” больше не существовало».
Но в «Atlantic Records» так не считали. «Звукозаписывающая компания оказывала на меня колоссальное давление, чтобы я поговорил с ребятами», – вспоминает Питер. Стив Вайс напомнил об обязательствах группы по выпуску еще одного альбома, настаивая на приглашении нового ударника. Он уже подыскал достойного кандидата: тяжеловеса Vanilla Fudge Кармайна Эпписа, в настоящее время работавшего с Родом Стюартом. В качестве запасного варианта предлагались Саймон Кирк из Bad Company, Бив Бивэн, Эйнсли Данбар и Карл Палмер. «Уже на следующий день после смерти Бонзо барабанщики засыпали нас звонками по типу “кажется, я тот, кто вам нужен”», – вспоминает Фил Карло, помогавший Питеру в Хорселанджес. Когда у Джи кончалось терпение, он выхватывал трубку из рук Фила и кричал: «Сукин сын, как ты смеешь звонить? Мы что, блин, так похожи на чертовых The Who[136]?»
136
Намек на то, что The Who после смерти Кита Муна продолжили работу с другим барабанщиком.