КНИГА I
ЗАВЕЩАНИЕ РОДЖЕРА МЕЛТОНА
Чтение завещания Роджера Мелтона и все, что последовало за этим
Отчет, составленный Эрнстом Роджером Хэлбардом Мелтоном, изучающим правоведение в Иннер-Темпл[55] старшим сыном Эрнста Хэлбарда Мелтона, старшего сына Эрнста Мелтона, являвшегося старшим братом упомянутого Роджера Мелтона и его ближайшим родственником.
Считаю, по меньшей мере будет полезно, а возможно, и необходимо располагать подробным свидетельством обо всем имеющем отношение к завещанию моего скончавшегося двоюродного деда Роджера Мелтона.
С этой целью позвольте мне назвать его родственников и пояснить их род занятий и особенности характера каждого. Мой отец, Эрнст Хэлбард Мелтон, был единственным сыном Эрнста Мелтона, старшего сына сэра Джеффри Хэлбарда Мелтона из Хамкрофта, мирового судьи в графстве Сэлоп[56] и одно время шерифа-судьи. Мой прадед, сэр Джеффри, унаследовал небольшое имение от своего отца Роджера Мелтона. Тогда, между прочим, наша фамилия писалась «Милтон», но мой прапрадед изменил ее написание, поскольку был человек практичный, не склонный к сентиментальности и опасался, как бы окружающие не спутали его с родственниками, носившими фамилию радикала Милтона, поэта и в некотором смысле должностного лица при Кромвеле; мы же были консерваторами. Тот самый практицизм, побудивший его изменить написание фамилии, подтолкнул прапрадеда заняться практической деятельностью. Поэтому, еще будучи молодым, он сделался дубильщиком и кожевником. В интересах дела он использовал пруды и ручьи, а также дубовый лес — все, чем было богато его поместье, Торраби, в графстве Суффолк. Прапрадед очень преуспел в своем деле и нажил значительное состояние, часть которого он потратил на приобретение поместья в графстве Шропшир, затем закрепленного им за наследниками; прямым наследником сего поместья я как старший сын и являюсь.
У сэра Джеффри помимо сына, ставшего моим дедом, было еще трое сыновей и дочь, родившаяся через двадцать лет после младшего из ее братьев. Сыновьями его были: Джеффри, умерший бездетным, а точнее, убитый во время восстания сипаев в Мируте в 1857 г.[57], когда он, не будучи военным, поднял меч, чтобы защитить свою жизнь; Роджер (о котором я вскоре расскажу) и Джон, умерший, как и Джеффри, бездетным. Из пятерых потомков сэра Джеффри, таким образом, следует учитывать только троих: моего деда, имевшего троих детей, двое из которых, сын и дочь, умерли в юные годы, оставив деду единственным наследником моего отца Роджера и Пейшенс. Пейшенс, родившаяся в 1858 г., вышла замуж за ирландца, носившего фамилию Селленджер, — так обычно произносилась фамилия Сент-Леджер, которую писали «Сент-Леджер», причем последующие поколения вернулись к старому написанию. Это был беспутный, бесшабашный человек, капитан уланского полка, впрочем, человек, не лишенный отваги, — он заслужил Крест Виктории[58] в битве при Амоафуле в одной из англо-ашантийских войн.[59] Но, боюсь, ему недоставало серьезности и требующей упорства цели, которые, как говаривал мой отец, всегда отличали представителей нашей фамилии. Он промотал почти все родовое имущество, пусть и не столь значительное, и, если бы не скромное наследство моей двоюродной бабки, закончил бы свои дни, останься он жив, в относительной бедности. В относительной — не в полной, ведь Мелтоны, люди весьма гордые, не потерпели бы обедневшую ветвь фамилии. Нас бедность не заботит — никого из нас.
59
Захватнические войны Великобритании XIX в. с целью колонизации африканского государства Ашанти. С 1901 г. территория Ашанти входила в состав английской колонии Золотой Берег. В битве при Амоафуле (31 января 1874 г.), в ходе второй англо-ашантийской войны, англичане под командованием сэра Гарнета Уолсли нанесли поражение ашантийцам.