— Я потерпела аварию, потерпела аварию! — закричала Хэнли.
— Джек, сможешь ее поймать? — прозвучал голос в передатчике.
— Думаю, да. Еду за парашютом.
— Аккуратнее с колесами.
Гондола содрогнулась в последний раз и замерла.
— Живы, доктор Хэнли? — спросили по радио.
Хэнли глубоко вздохнула, закрыла глаза и обняла мягкую игрушку.
— Хьюстон, гончая приземлилась.
— Прошу прощения, не понял.
— Я в порядке. — От облегчения у нее шла голова кругом. — В порядке. — И она громко засмеялась.
В проеме наверху возник мужчина и буднично прислонился к бортику, словно к наличнику соседского окна.
Добро пожаловать в зимнюю сказку! Доктор Хэнли, полагаю? — Человек подал ей руку, она протянула в ответ свою. — Quel honneur.[15]
— Можете звать меня Джесси.
— Enchanté.[16] — Он пожал ей руку. — Как мило со стороны Комитета прислать вас. И как мужественно с вашей стороны прилететь.
— О, я с удовольствием.
И Хэнли принялась дергать ремни. Она была с ног до головы засыпана каким-то мусором, в основном упаковочными пенопластовыми хлопьями, что вывалились из разорвавшихся при приземлении упаковок.
— Вы отведете меня к своему руководителю?
— Я ваш руководитель, мадам. Меня зовут Эмиль Верно, я начальник станции. Разрешите вам помочь.
Верно вновь подал ей руку, и она принялась неловко выбираться из гондолы.
— Вы не играете в бридж? — поинтересовался он.
— Нет. Никогда не пробовала.
— Жаль, нам вечно не хватает хороших игроков в бридж. Впрочем, полагаю, у вас все равно будет не слишком-то много свободного времени.
Две фигуры в полярных костюмах принялись извлекать груз и складывать его на сани, прицепленные к ярко-полосатой, почти девятифутовой высоты машине с розовыми шинами. Она напоминала грузовик с гигантскими колесами, которые Хэнли видела как-то по кабельному телевидению. Еще дюжина таких же машин стояла в двадцати ярдах, окружив «комод»; одна придавила колесом парашют, чтобы выгнать из него воздух.
Хэнли махнула рукой:
— Меня чуть не прикончил вот тот торос?
— Да. — Верно подошел к фантастически изогнутому ледяному ребру. Свет лампы заскользил по гладкой поверхности.
Ветер усилился, и торос жалобно, словно пила, запел.
— Он прекрасен, — произнесла Хэнли.
Начальник станции подвел Хэнли к вездеходу и указал на скобы для ступней; Джесси взобралась в кабину и устроилась на эргономичном сиденье. По радио раздалось шипение помех, кто-то сказал что-то по-французски.
Один за другим погасли прожекторы. Верно по-французски ответил по радио; автомобили выстроились в вереницу и потянулись к матовым огням станции.
— Кто меня спас? — спросила Хэнли.
Отважный Джек Нимит, — ответил Верно, — наш инженер. Он вечно вгоняет нас всех в краску своей смелостью.
Большая платформа на шинах-баллонах проехала мимо них в обратном направлении. Верно объяснил, что ее послали взять гондолу и подобрать рассыпанные припасы.
— Поедем мы медленно, так что устраивайтесь поудобнее и наслаждайтесь пейзажем.
Не успел он договорить, как последняя ракета с шипением догорела и мир погрузился во тьму.
ГЛАВА 12
Из машины станция «Трюдо» была плохо видна, зато четко выделялись ветряки, они усиленно трудились, превращая дикую энергию стихии в электричество.
— Термоэлектрические генераторы, — поведал Верно. — Летом мы дополняем их платиновым катализатором чистого окисления. Плюс водородные ячейки вроде тех, на которых работает наш транспорт. И солнечные батареи.
Комплекс куполообразных зданий рос по мере приближения процессии к пункту назначения. Показался долгий подъем в просторный туннель.
— Наше скромное жилище, — рекомендовал Верно. — Скат и туннель имитируют вход в укрытие, придуманное эскимосами.
— Иглу?[17] — спросила Хэнли, мысленно перелистав школьный учебник по обществознанию.
— Совершенно верно. Скат не позволяет теплому воздуху быстро улетучиваться через выход и обеспечивает медленное поступление холодного воздуха в жилище. Правда, нам не удалось угадать идеальный угол наклона. Изредка, когда ветер усиливается, приходится закрывать туннель, иначе возникает вакуумный эффект и все тепло высасывает наружу.
— Наши здания, — раздался по радиосвязи чей-то английский с акцентом, — это совершенные тепловые ячейки. Они полностью защищены от окружающей среды, а она — от них. Арктика — дело тонкое. Заледенелая пустыня усугубляет самое незначительное физическое явление.
17