Рыцарь прямым путем отправился в Рим, торопясь покаяться в своем грехе. Но духовник, к которому он обратился, объявил ему, что не имеет власти разрешать такой тяжкий грех, и направил его к папе. Папа, выслушав ужасную историю рыцаря, был очень обрадован его чистосердечным покаянием и сначала обещал простить грех через несколько дней, но потом передумал и прогнал его от себя, как самого последнего человека.
Бедный рыцарь пришел в отчаяние, какой-то кардинал принял в нем участие и обещал переговорить с папой. Однако дни проходили за днями, а отпущения грехов не получалось. В то же время оруженосец не переставал выражать сожаления о потерянном блаженстве и старался уговорить рыцаря вернуться обратно в пещеру. Наконец, он пустился на хитрость: он рассказал рыцарю, будто узнал из достоверных источников, что их обоих хотят умертвить тайным образом. Тогда рыцарь с отчаяния снова вернулся в пещеру, но перед тем обратился к пастухам, пасшим на горе стада:
— Друзья мои, если вы услышите от кого-нибудь про рыцаря, раскаявшегося в своем грехе и не прощенного папой, потому что он был в пещере Сивиллы, скажите, что рыцарь этот, не имея возможности спасти душу и тело, решил вернуться снова в пещеру, где его могут найти, если захотят.
Он передал им письмо к старшине Монтемонако, в котором писал почти то же самое, и, проливая слезы, в сопровождении своего оруженосца вошел в пещеру, и больше о нем ничего не слыхали.
Между тем папа отпустил ему тяжкий грех. Узнав же, что рыцарь покинул Рим, папа сильно стал беспокоиться, чувствуя, что рыцарь ушел с отчаяния, до которого он довел его своей медлительностью. Немедленно во все стороны, а также на гору Сивиллы отправлены были гонцы с письменным отпущением тяжкого греха рыцаря; но было уже поздно, и гонцы вернулись обратно, узнав о судьбе грешника из рассказов пастухов.
Среди разных надписей, украшающих стены входа в пещеру, Антуан де ла Саль нашел имя какого-то немца, написанное следующим образом: «Her Hans Wanbranbourg Intravit»[20].
«Ho, — замечает ла Саль, — хотя он и говорит, что вошел, но зато не говорит, что вышел. Пониже его подписи находится имя не то французского, не то английского происхождения: “Thomin de Pons”, которое, мне думается, принадлежит никому другому, как оруженосцу».
Ла Саль рассказывает еще историю с гасконским дворянином, который в 1380 году восходил на гору, отыскивая своего брата, который, как он думал, проник в пещеру Сивиллы. Затем он передает, что, будучи в 1422 году в Риме, ему нередко приходилось описывать свое путешествие в таинственную пещеру. Один из римских жителей клялся ему своей рыцарской честью, что дядя его отца был в этой пещере и видел там всякие чудеса, на что Антуан ответил, что все рассказы о пещере сущая ложь и придумываются людьми ради собственного развлечения.
Однако, отдавая долг своему времени, Антуан пускается в длинное рассуждение, почему он не верит, говоря, что все сочинения, греческие и латинские, а также Священное Писание упоминают лишь о десяти Сивиллах, и из них ни одна не живет на упомянутой горе. После этого он довольно весело заканчивает свое описание, составленное им для сына короля Рене:
«Все это я написал, глубокоуважаемый сеньор, ради шутки и препровождения времени, чтобы вы могли час-другой в ожидании обеда или ужина развлечься легким чтением; если же вам вздумается самому отправиться в ту пещеру, то я заранее предсказываю вам отличный прием у королевы и у других дам».
Почти то же самое, что описывает ла Саль, имеется в романе итальянского писателя Андреа да Барберино. В 1391 году им был написан роман «Guerino il Meschino», который среди итальянского народа еще до сих пор находит себе почитателей.
Герино — молодой рыцарь, отправляется на поиски за своим отцом, подобно древнему Телемаху, — прием, довольно часто употребляемый средневековыми писателями при сочинении разных фантастических романов. Ему говорят, что Кумская Сивилла может указать местонахождение отца, так как ей известно настоящее и прошедшее каждого человека. Герой узнает, что она живет в одной из пещер в Апеннинах, и отправляется немедленно туда. Жители местечка Норсия пробуют отговорить его от безумной попытки проникнуть в пещеру Сивиллы и между прочим рассказывают, что какой-то французский рыцарь по имени Лионель де Франс тоже предпринял подобную попытку, но был отброшен назад страшным ветром; в другой раз какой-то неизвестный вошел в пещеру и больше никогда оттуда не возвращался. Но юноша упорно стоял на своем, и, посоветовавшись с мудрыми отшельниками, пускается в путь. Он взбирается на ужасные скалы и, работая руками и ногами, достигает, наконец, входа в пещеру. С факелом в руке он идет по подземелью, доходит до металлических дверей, на которых нарисован страшный демон, держащий дощечку со следующей надписью: «Кто войдет в эту дверь и не выйдет в продолжение года, тот должен остаться здесь до Судного дня, после чего будет приговорен к вечной муке».