– Там пружина, – пояснил ван Боорст. – Если потянуть за шнурок один раз, тот, кого допрашивают, не сможет вытащить яблоко изо рта. Да, честно говоря, и никто другой не сможет. И поневоле приходится перейти ко второму шагу, чтобы шипы ушли внутрь. Но только, ради бога, не тяните за шнурок.
– Ко второму шагу?
– Дайте-ка мне его.
Харри протянул шарик ван Боорсту. Бельгиец осторожно вставил в железное кольцо шариковую ручку, подержал ее горизонтально на одной высоте с шариком, потом отпустил его. Едва шнур натянулся, раздался новый хлопок. Леопольдово яблоко крутилось в пятнадцати сантиметрах ниже ручки, сверкая острыми иглами, торчащими из кончика каждого шипа.
– Черт, – выругался Харри по-норвежски.
Бельгиец улыбнулся.
– Май-май называли это приспособление «солнцем крови». У любимого дитяти много имен. – Он положил яблоко на стол, вставил ручку в кольцо на шнуре, сильно потянул, и после нового щелчка исчезли и иголки, и шипы, а королевское яблоко вновь стало округлым и гладким.
– Здорово, – сказал Харри. – И сколько?
– Шесть тысяч долларов, – сказал ван Боорст. – Обычно я каждый раз чуть набавляю цену, но вам отдам за столько же, что и прошлому покупателю.
– Почему это? – поинтересовался Харри и погладил указательным пальцем гладкий металл.
– Потому что вы приехали издалека, – сказал ван Боорст и выдохнул сигаретный дым. – И еще мне нравится ваш акцент.
– Ммм. И кому же вы его продали за шесть тысяч?
Ван Боорст рассмеялся:
– Точно так же, как никто не узнает, что вы были здесь, я не расскажу вам о других моих клиентах. Разве это вас не успокаивает, господин?.. Смотрите, я уже забыл ваше имя.
Харри кивнул.
– Шестьсот, – сказал он.
– Простите?
– Шесть сотен долларов.
Ван Боорст снова издал короткий смешок.
– Смешно. Сумму, которую вы назвали, платят за экскурсию с гидом на водохранилище, чтобы три часа наблюдать за горными гориллами. Может, вы это предпочтете, господин Холе?
– Королевское яблоко можете оставить себе, – сказал Харри и вытащил из заднего кармана тощую пачку двадцатидолларовых купюр. – Я предлагаю вам шесть сотен за сведения о тех, кто покупал у вас яблоки.
Он положил пачку купюр на стол перед ван Боорстом. Сверху лежало его удостоверение.
– Полиция Норвегии, – сказал Харри. – Минимум две женщины в Норвегии были убиты с помощью этого изделия, а вы – его единственный поставщик.
Ван Боорст склонился над пачкой и принялся изучать удостоверение, не прикасаясь ни к тому ни к другому.
– Если так, то я действительно сожалею, – сказал он хрипло, словно его горло было забито крупным гравием. – Поверьте. Но моя личная безопасность стоит больше шести сотен долларов. И если я начну трепаться о моих покупателях, то ожидаемая продолжительность моей жизни…
– Лучше бы вам озаботиться ожидаемой продолжительностью вашей жизни в конголезской тюрьме, – сказал Харри.
Ван Боорст снова засмеялся:
– Nice try, Hole[80]. Но совершенно случайно я знаком с шефом полиции в Гоме, а кроме того… – он развел руками, – а что я такого сделал?
– Меня не волнует, что вы сделали, – заметил Харри и вынул из нагрудного кармана фотографию. – Между прочим, норвежское государство оказывает Конго весьма ощутимую денежную помощь. Если норвежские власти позвонят в Киншасу и скажут, что вы продали орудие, при помощи которого было совершенно двойное убийство на территории Норвегии, а теперь отказываетесь сотрудничать со следствием, что, по вашему мнению, может произойти?
Ван Боорст больше не улыбался.
– Да нет, я вас умоляю, вас не осудят безвинно, – сказал Харри. – Речь идет только о предварительном заключении, не надо его путать с наказанием. Например, ради защиты самого подследственного на время расследования и ради защиты доказательств по делу. Но все-таки это тюрьма. А расследование может занять много времени. Вы когда-нибудь видели конголезскую тюрьму изнутри, ван Боорст? Наверняка нет – немногие белые ее видели.
Ван Боорст поплотнее запахнул халат. Посмотрел на Харри, грызя мундштук.
– О’кей, – сказал он. – Тысяча долларов.
– Пятьсот, – сказал Харри.
– Пятьсот? Но вы…
– Четыреста, – произнес Харри.
– Done![81] – Ван Боорст воздел руки к небу. – Что вы хотите знать?
– Все, – ответил Харри, прислонился к стене и достал пачку сигарет.
Когда полчаса спустя Харри вышел из дома ван Боорста и залез в «лендровер» Джо, уже стемнело.
– В гостиницу, – распорядился Харри.
Оказалось, что гостиница стоит у самого озера. Джо предупредил Харри, чтобы тот не купался. И не из-за паразита – гвинейского червя, личинку которого невозможно заметить, пока в один прекрасный день он не обнаружится у тебя под кожей, а потому что со дна здесь поднимаются огромные пузыри метана, способные утопить человека.