Это был еще один полуанекдотический случай. Если бы Ленин знал, кто в действительности был автором поправок к его резолюции, он бы их, бесспорно, с негодованием отверг, найдя для этого какие угодно идеологическо-политическо-стратегическо-тактические аргументы. С едва скрываемой иронией и совершенно нескрываемым самодовольством Троцкий писал в конце 1920-х годов: «Нелишне будет отметить, что в полемике последних лет резолюция III-го съезда о временном правительстве сотни раз противопоставлялась «троцкизму». «Красные профессора» сталинской формации понятия не имеют о том, что в качестве образца ленинизма они цитируют против меня мною же написанные строки».[167]
В результате провала нелегальной социал-демократической организации в Санкт-Петербурге во время первомайского собрания в лесу была арестована Наталья Седова. После сравнительно недолгого ареста она была выслана в Тверь.[168] Идентичность ее супруга была раскрыта. Ему пришлось покинуть столицу и переселиться в Финляндию, которая хотя и входила в состав Российской империи, но была убежищем для революционеров, ибо тамошнее законодательство предусматривало право приема политических беглецов, и местные чиновники отказывались выдавать их центральным властям. Это был один из любопытных парадоксов политической ситуации в Российской империи начала XX века.
Троцкий остановился на постоялом дворе «Рауха» («Покой») в лесу, возле глухого озера. Здесь, готовя к печати перевод одной из речей германского социалиста XIX века Фердинанда Лассаля и свое предисловие к ней, Троцкий обдумывал и совершенствовал свою революционную политическую концепцию завоевания власти рабочим классом и перехода к социализму.[169]
Троцкий вспоминал: «Там для меня наступила передышка, состоявшая из напряженной литературной работы и коротких прогулок. Я пожирал газеты, следил за формированием партий, делал вырезки, группировал факты. В этот период сложилось окончательное мое представление о внутренних силах русского общества и о перспективах русской революции».[170] Думается все же, что Троцкий несколько преувеличивал степень зрелости своих представлений о революционном процессе. Новыми чертами и аргументами его взгляды обогатились во время работы в Петербургском совете, а вслед за этим в период пребывания в тюремном заключении.
Член Петербургского совета
Тем временем в стране развивалась революция. Одна задругой накатывались волны забастовочного движения, возникали волнения в армейских частях, поднималось национально-освободительное движение, особенно в Царстве Польском, входившем в состав империи. Подавляя эти выступления, правительство графа С. Ю. Витте все более понимало необходимость изменений в социально-политической структуре страны, в неизбежности реформ. Вначале правительство готово было пойти только на ограниченные мероприятия. Однако продолжавшиеся волнения и особенно разразившаяся в октябре 1905 года забастовка, охватившая многие города, вынудили императора Николая II выступить с обширной программой преобразований. 17 октября был опубликован царский Манифест «Об усовершенствовании государственного порядка», который провозглашал «незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов». Был обещан созыв законодательной Государственной думы. Вслед за этим была объявлена политическая амнистия.
Либерально-демократические силы рассматривали царский манифест как победу в движении за обновление России, начальный шаг на пути ее постепенной мирной модернизации. Совершенно иную позицию занимали оказавшиеся на легальном положении партии и группы социалистической ориентации, прежде всего социал-демократы и социалисты-революционеры. Они видели в манифесте царя лишь исходный пункт для привлечения на свою сторону тех сил, которые чувствовали себя угнетенными или ущемленными.
Если умеренные социалисты, к которым принадлежали меньшевики и основная часть эсеров, занимали более или менее трезвую позицию, придерживаясь классической марксистской схемы подготовки «социалистической революции» по мере развития капитализма и превращения пролетариата в большинство нации, то экстремисты стремились к «углублению» революции немедленно, к организации бунтов толпы в максимальных масштабах, в отношении которых употребляли эвфемизм «вооруженное восстание». Именно таковым деятелем оказался Троцкий.