Эон Линь
Лимбус. Том 2
Роман
© Линь Эон, 2025
© Stasyan Ostrov, художественное оформление, 2025
© ООО «Издательство АСТ», оформление, 2025
Часть 38
– Повелитель Тысячи Вод Юань Фэнь!
Храм Байшуй[2] всегда отличался особой тишиной. Она окутывала Байшуй мягким, невесомым покрывалом, словно утренний туман, который нежно обнимал землю. Сквозь безмолвие пробивался легкий шорох листьев и еле уловимый треск веток, будто сама природа дышала, освобождаясь от суеты. Такие моменты имели особую ценность, ведь для каждого гостя храма тишина могла стать тяжелой, как свинцовое облако, или легкой, как перо. Некоторые замечали, что она обладала исцеляющими свойствами и была способна очистить истощенный ум, унять тревоги и даже улучшить циркуляцию ци по меридианам.
Как же легко рождались нелепые слухи, даже среди небожителей. Единственной причиной безмолвия в Байшуй был его хозяин – я. Точнее, мое стремление к уединению и спокойствию, которые позволяли сосредоточить духовные силы, направляя их по верному течению.
Первая табличка в храме гласила: «Белая вода, как зеркало, может показать твое сердце»[3].
Вторая: «Вода по капле точит камень»[4].
И третья: «Сердце, подобное неподвижной воде»[5].
Три истины, которым научил меня наставник, теперь стали основой для Байшуй. Я следовал этим учениям на пути самосовершенствования и придерживался их, даже достигнув титула Повелителя Тысячи Вод. Тем не менее мой путь далек от завершения, несмотря на восхождение по Небесной лестнице 999 ступеней[6].
Если бы моей воле подчинялись не только посторонние звуки, то я не жалея сократил бы весь храмовый комплекс Байшуй в несколько раз, оставив лишь самую скромную постройку из всех, расположившуюся рядом с озером, и несколько близких последователей, уважающих мой выбор. Но на великолепии Байшуй настоял сам Небесный Император. Он утверждал, что почитаемый в Фэнчжихай Повелитель Тысячи Вод не может ютиться в лачуге, как бы мне этого ни хотелось. Поэтому я создал для себя уединенное место, отличающееся от основного храма благородной скромностью.
За основными зданиями Байшуй среди густой зелени находился тот самый укромный уголок, чем-то напоминающий мешочек или природный пузырь, огороженный высокими горами. Здесь ощущался легкий аромат лотосов и свежести, словно воздух был пропитан самыми нежными нотами чистейшей воды. А в тени деревьев стояла небольшая обитель, названная мной Нанъин[7].
Стены комнат украшали хуафу[8] с изображениями горных пейзажей и цветущих слив. Каждый росчерк туши на них словно оживал под мягким светом, проникающим сквозь тонкие занавеси из рисовой бумаги. Тени от таофана[9] простым орнаментом ложились на бамбуковые циновки, покрывающие пол. А если долго смотреть на них, то казалось, что вода медленно течет по сплетенному узору. Такую малость тоже приходилось отстаивать у Небесного Императора, ведь таофан и циновки могли послужить поводом для насмешек среди Богов, считающих простоту постыдной.
Из окна всегда веяло приятной прохладой, а в ночное время мерцание светлячков манило выйти на берег озера. Порой они отвлекали от чтения и уносили мысли в далекое прошлое, но я упорно не менял расположение стола, чтобы вновь и вновь бросать взгляды на маленькие огни.
Именно Нанъин стал мне бо́льшим домом, чем выдающийся Байшуй. Казалось, я не заслуживаю такого величия. Здесь же легко забывалась суета Юньхай. Никто не мешал погружаться в размышления, ведь только Небесный Владыка и верный последователь Син могли переступить порог Нанъин, потревожив меня.
– Юань Фэнь, тебе стоит хоть раз посмотреть, как сезоны сменяют друг друга. Их волшебный танец завораживает, и хочется насладиться им как можно дольше.
Ли Цзиньлун навис надо мной, пытаясь рассмотреть, какую книгу я читал. В его золотистых глазах таилось тщательно сдерживаемое любопытство. На удивление, Небесный Император в моем присутствии часто позволял себе более свободные манеры и показывал те эмоции, которые обычно скрывались от других Богов. За Владыкой закрепился статус непревзойденного Небесного Императора, обладающего могуществом Лазурного дракона Цин Луна[10].
– Вы почтили меня своим присутствием, Владыка. – Я отложил книгу, поднялся на ноги и уважительно поклонился.
1
Горные вершины и текущие воды (高山流水
3
Белая вода, как зеркало, может показать твое сердце (白水鑑心
4
Вода по капле точит камень (水滴石穿
7
Нанъин (囊 萤
Сунь Кан нашел другой источник света. Однажды зимней ночью Сунь Кан обнаружил, что через трещины в окне проникает свет. Выйдя на улицу, он увидел, что снег отражает сияние луны, так что на улице светлее, чем дома. Тогда, несмотря на мороз, Сунь вынес свои книги наружу и, пользуясь случаем, стал читать. Неудивительно, что его старания принесли ему награду в виде руководящей должности в правительстве. Истории Че Иня и Сунь Кана вместе уложились в четыре иероглифа:
8
Хуафу (画幅
9
Таофан (套方
10
Цин Лун, Лазурный дракон Востока (东方青龙