— А тебе не положено при людях говорить, как «горний арол с армянскава рынка Нальчике»?
Заур молча показал кулак.
— Ладно, ладно, не зарывайся!
Надувшийся было подпоручик решительно сбил фуражку на затылок. Он сделал вид, что задумался, потом принял горделивую позу и процитировал:
Выражение лица рыжебородого менялось с каждой строкой. От насмешки к удивлению, изумлению, уважению и даже отчасти страху.
— Откуда ты знаешь меня, белый офицер?! — перебивая, вскричал он, хватаясь за кинжал.
Барлога невозмутимо задрал подбородок:
— Классику надо читать. Русскую классику. Могу и продолжить, но, наверное, это уже будет похоже на предсказание судьбы. Ислам ведь такое не одобряет?
— Воистину, ты не просто образован, но ещё и мудр. Дервиш хорошо выучил тебя нашим обычаям, — осторожно поклонился наиб, но пальцы его всё ещё продолжали сжимать рукоять длинного кинжала. — Я родился в этих краях, но отец отправил меня в русскую столицу, я научился говорить на вашем языке, читать и писать, танцевать на балах, славить государя, но сердце моё жаждало вернуться на родину. И полыхающий Кавказ позвал меня! — Он опустил голову, уходя в далёкие воспоминания, но быстро поднял пылающий взгляд. — Теперь поведайте же и вы мне свою историю. Клянусь честью, в этих горах у вас не будет более верного заступника, чем Измаил-бей!
— В принципе, рассказать мы можем, — ребята неуверенно покосились на старого пластуна. Тот пожал плечами, дескать, чего уж там, валяйте.
— Если вкратце, то мы из будущего. Двадцать первый век. Студенты исторического факультета, я со второго курса, мой товарищ с первого. Присланы к вам в прошлое непонятно зачем, но, похоже, чтоб на серьёзных щах разобраться с ануннаками. Это такие ящерицы с планеты Нибиру, что регулярно посещают нашу Землю с целью выкачивания природных богатств, а взамен учат нас выращивать кукурузу и замешивать бетон. Именно они прорезали Линию, сидят там у себя на космической базе и запускают к нам всяких дронов, чтоб мы им не мешали.
«Ещё они пьют человеческую кровь», — хотел добавить Заур, но почему-то промолчал. Тяжесть книги за пазухой отвлекла его.
— Что-то ещё? Ну, по ходу истории кавказские войны горцы проиграют. Потом все войдут в состав великой Российской империи, край цивилизуется, понастроят санаториев всяких, а на фронтах Первой мировой смешанная Дикая дивизия кавказских джигитов покроет себя неувядаемой славой. Дальше революция, разброд и шатание, борьба за установление Советской власти. Там всех накрыло, и наших и ваших. Зато в Великую Отечественную, когда на нас фашисты напали, горцы тоже неслабо дрались, страна-то была общая. В конце двадцатого века опять потрясения, делёжка республик на государства, суверенитет, талибы, ваххабиты… Грозный вообще с землёй сровняли. Сейчас мир, казачество возрождают, в Чечне безопасно, столицу им так отстроили, что огнище просто! Ну, вот как-то так, что ли…
Наверное, из всего этого сумбура трудно было выделить какие-то важные детали, но господин Кочесоков, закусив губу, отметил про себя, что его приятель, намеренно или нет, опустил историю депортации чеченцев, ингушей и крымских татар, сталинские репрессии, трагедии первой и второй чеченской, взрывы в метро, захваты заложников, смерть детей, казни русских солдат, записанные на видеопленку, и прочее, прочее… С другой стороны, если рассказывать всё обстоятельно, честно, ничего не забывая и не впадая в пошлую толерантность, такая история заняла бы, пожалуй, неделю, не меньше.
— Ты говоришь, Кавказ и Россия… Горцы и русские будут жить в мире? — задумчиво протянул Измаил-бей, оглаживая короткую бороду. — Что ж, на всё воля Аллаха. Если это будет так, значит, мой народ не уничтожат в войнах. Но я не обязан верить тебе на слово. Эй, дервиш, что ты можешь сказать в подтверждение его правоты?
Владикавказец не ответил. По факту тут требовалось какое-то железобетонное доказательство, какие-нибудь штучки из будущего, тот же сотовый с фотографиями отлично бы подошёл, но, увы, оба смартфона остались в том злосчастном кафе, где их первая встреча переросла в короткую стычку. Часов ни Вася, ни Заур не носили, бумажные деньги Российской Федерации дед Ерошка успешно пустил на растопку, гражданская одежда студентов осталась в военном лагере Ермолова, и больше ничего из своей эпохи у них не было. Типа, верьте нам, мы честные, аж сами удивляемся!