Выбрать главу

А ехали мы все — у кого билеты были в первых три вагона — в остальных вагонах: кто в тамбуре, кто стоя, кто сидя на своих собственных чемоданах.

По возвращении из Ленинграда в Москву мой гнев не остыл, как часто бывает в таких случаях по прошествии времени. Я написал фельетон об этом случае с указанием фамилий и номера поезда.

Фельетон был опубликован в «Литературной газете». И вот тут, на мой взгляд, началось самое интересное. Мне пришло письмо от одного читателя из города Киева, который пишет: «Это всё — ерунда по сравнению с тем, что произошло со мной на железной дороге. Прошу срочно приехать ко мне, расскажу — не пожалеете».

Естественно, таких писем приходит много, поэтому я никуда не поехал. Но, когда был в Киеве с концертами, решил всё-таки зайти по указанному адресу. Написал же он мне — не пожалеете.

И я не пожалел.

В отличие от трёх вагонов, которых не было в Риге, в Киеве к составу присоединили два девятых вагона. НО — все пассажиры ведь нормальные люди, они же все умеют считать до девяти, и все, у кого билеты в девятый вагон, понимают, что девятый вагон — это тот. который сразу после восьмого, а не тот, который перед десятым. Поэтому все дружно сели в первый девятый вагон.

Очень удивлённая проводница второго девятого вагона, в который не сел ни один человек, когда поезд тронулся, пошла к бригадиру поезда и сказала: «Мой вагон пустой». Бригадир тоже очень удивился, сказал: «Наверное, что-то напутали, как всегда, в кассах». И дал радиограмму на следующую станцию продать билеты в девятый вагон.

Все, кто купил билеты в девятый вагон на следующей станции, тоже были людьми нормальными и тоже умели считать до девяти. Поэтому дружно прибежали в первый девятый вагон.

Проводница первого девятого вагона, у которой пассажиры давно попили чай и легли спать, в ужасе говорит: «Товарищи, вы откуда в таком количестве? У меня нет ни одного свободного места. Бегите скорей к бригадиру поезда — он в первом вагоне. Причём бегите скорей, поезд стоит всего три минуты. Пусть вас расселяют по свободным местам в первых вагонах».

Поскольку поезд действительно стоит три минуты, боясь опоздать, с вещами, детьми и провожающими пассажиры бегут наперегонки к первому вагону… Их встречает очень удивлённый бригадир поезда и говорит: «Товарищи, вы откуда в таком количестве?» Они говорят: «Мы все из девятого вагона, там все двойники». Бригадир понимает, что он чего-то не понимает, но чего он не понимает, он ещё не понимает. Поскольку поезд действительно стоит три минуты, он быстро расселяет их по свободным местам в первых трёх вагонах и даёт отправление поезду.

В ЭТО ВРЕМЯ проводница второго девятого вагона, к которой по-прежнему не сел ни один человек, идёт к бригадиру поезда и говорит: «Мой вагон пустой». Тот медленно сходит с ума. Не верит ей, идёт по поезду и видит, что вагон действительно пустой;

Он начинает считать вагоны и выясняет ошибку. Когда у него отлегло от души, он вернулся в своё купе и решил исправить ошибку: дал радиограмму на следующую станцию отцепить девятый вагон.

ДЕЛО БЫЛО НОЧЬЮ! Те, кто отцеплял, тоже были людьми нормальными и тоже умели считать до девяти. Поэтому они отцепили первый девятый вагон с мирно спящими людьми и отвезли его на запасной путь. После чего доложили бригадиру поезда.

Тот наконец облегчённо вздохнул и дал отправление поезду. А сам стал готовиться ко сну. Он, быть может, и заснул бы. НО…

В ЭТО ВРЕМЯ проводница второго девятого вагона пришла к нему и говорит: «Мой вагон пустой…»

Не знаю, сошёл ли с ума после этого рейса бригадир поезда, только мне эту историю рассказал человек, который ехал в первом девятом вагоне.

Поздно ночью он вышел покурить. Курил, курил, курил, курил и думает: «Чего это мы долго стоим?» Опять закурил — курил, курил, курил, курил… Наконец не выдержал, выглянул в окошко, а ни спереди, ни сзади вагонов нет. Голая степь, луна и запасной путь…

Когда он рассказывал мне эту историю, я так смеялся, особенно когда он рассказывал, как он всех будил и они в чём мать родила выскакивали и пытались понять, где они находятся, что он даже обиделся на меня и сказал: «Вы зря смеётесь — в этом нет ничего смешного. Между прочим, мы все в этом вагоне ехали по туристическим путёвкам в Венгрию!..»

Вот и пройдены первые пять тысяч метров! Ровно одна треть дистанции. Автор считает, что ни один стайер не сможет удержаться на дистанции, если вовремя не сбросит взятый на старте темп, не сделает передышки, не постарается сэкономить силы для финишной прямой. Поэтому автор предлагает в следующей главе смеяться значительно реже. Может быть, даже погрустить немного, чтобы сэкономить силы для заключительной дистанции и таким образом обмануть противника манёвром. Поэтому вторая глава, не мудрствуя лукаво, так и называется