— На японском. — отвечает та.
— Нельзя ли, чтобы они были на корейском?
— Для чего?
— Хочу, чтобы «Кара» получила в Хангук музыкальную премию.
— Зачем вам это надо, господин директор? Музыкальный рынок Японии гораздо больше корейского. И, соответственно, денег на нём можно заработать тоже, больше.
— Считаю, что к «Каре» сформировалось необоснованно предвзятое мнение. Хочу доказать всем, кто считал, что я собрал негодную группу, что они ошибались.
ЮнМи несколько секунд смотрит директору в глаза.
— Хорошо. — соглашается она. — Запишем сразу два варианта, — на корейском и японском.
Девушки чуть слышно выдыхают.
— Когда приступим к репетициям? — бодро интересуется директор.
— Через два дня, — обещает ЮнМи. — За это время составим и подпишем договор.
— Согласен. — кивает ИнХон.
Конец цитаты из девятнадцатый щелчок зубами
Время действия: одиннадцатое апреля
Место действия: кабинет куратора ЮнМи, начальника отдела аналитиков Самсунг Ким МинСу.
Пришёл сдаваться, рассказал, что взялся продюсировать группу «Кара».
Но главное, рассказал про Ким ХаРу и Гу ХаРу. Про Гу ХаРу не всё. Сказал просто, что она мне сниться, как снились друзья АйЮ. Вот и ХаРа возможно покончит с собой. Не смог равнодушно отвернуться, а потом просто поплакать. Я не АйЮ.
— Очень хорошо, — на это ответил мой куратор.
— А что тут хорошего? Обещал же не иметь дело с корейцами. А тут Кара!
— Напомню твою феерическую речь у ворот тюрьмы. МинСу включает плейер, слушаем.
— … Дабы впредь больше не раздражать хангук сарам необходимостью тратить его время на возню со мной, клянусь отныне не работать с корейскими артистами и музыкантами, и вообще, с любыми корейцами!
От толпы долетает возглас, похожий на — ва-уу!
— Также обещаю, что это был мой последний разговор со лживыми представителями корейских СМИ! Отныне они не будут допущены на мои пресс-конференции с представителями других мировых информационных агентств. Забудьте про меня, а я — забуду про вас!
— Это всё, что я хотела сегодня сказать, — говорю я, выпрямляясь.
— И ещё, что ты мне говорила после этой речи в своё оправдание. Напомню
Во, идея, как я мог самоубийц бросить? В отличии от АйЮ, я их от дурных мыслей стараюсь отвлечь. Вот решила к концерту против самоубийств после сунына решила готовиться. Вдруг проведут. И с журналистами не так плохо в итоге. Я сказал, что со лживыми журналистами общаться не буду. Значит, те кто на пресс-конференцию придут — правду пишут! Широкое поле для манипуляций ПР — отделом, ПР-щикимогут делить СМИ на лояльных к Самсунгу и не очень.
Ух, ты! А я и не знал, что в этом кабинете ведётся запись разговоров. Наверное, так во всех кабинетах Самсунга, по крайней мере в кабинетах начальников, которые решают вести или нет запись. Впрочем, загадывать про подчинённых не буду, только записью разговоров подчинённых управляют другие. Что ж, кульненько.
— Мы с ПР-щиками этот вопрос проработали, туда же Ким ХаРа пойдёт. Надо только с директором согласовать, что в Каре есть потенциальная самоубийца. Имя называть не будем. Надо только будет сообщить это Ким ХаРе и остальным девочкам, чтобы языком не трепали. Если кто растреплет, того и объявим самоубийцей. Ну это пускай наши психологи проработают, как Кару в узде держать.
— Так просто, я думала опять ругать будете.
— Тебя я в прошлый раз отругал, провёл воспитательную беседу. Дошло? Сразу ко мне прибежала со своим косяком.
— Спасибо, что заботитесь обо мне, — выскакивает автоматически и одновременно кланяюсь. Совсем окорианился Серёга?
— Вот, можешь, когда захочешь. Не хмурься, помню об утрате тобой социальных навыков. В прошлый раз я не так ругал, как объяснял и воспитывал.
— Спасибо, что заботитесь обо мне, — шо, опять?
— Ознакомься, — куратор протягивает папку. — Тут проект твоего заявления на пресс-конференции и ответы на возможные вопросы. Добавь свои идеи по Каре, потом с ПР-отделом согласую.
— Слушаюсь, — забираю папку двумя руками.
— На этом пока всё. Будут замечания, приходи, обсудим. Пресс-конференция планируется четырнадцатого или пятнадцатого апреля.
Ещё раз кланяюсь, выхожу.
Кажется отделался малой кровью.
(чат, который не спит)