Выбрать главу
Отчаяньем запечатлен — Кому он подневолен? Он — словно царственная скорбь — Которой воздух болен.
Придет — И слушает Ландшафт — И тень дохнуть не смеет. Уйдет — как бы Пространством Отгородилась Смерть.
* * *
Милый — прочти — как другие[13] Мужались — чтобы нам выстоять — Чем поступились они — Чтоб мы одолели страх — Сколько раз — на смерть Шли свидетели Истины — Чтобы слабым помочь В самых дальних веках!
Прочти — как сияла вера — Над вязанками хвороста — Как река не могла утопить Песнопения звук величавый — Когда имена мужчин И женщин — избранниц небес — Со страниц старательной хроники Уходили — в летопись славы!
* * *
Это Желтого моря заводи — Побережье огненных стай. Где родина моря — куда оно прядает — Знает только Закат. Это — тайна тайн.
Груз доставлен: Пурпур и золото — Опаловые тюки — горой. Паруса разгорятся на горизонте — И — опалясь — нырнут с головой.
* * *
Друзей тенистых в знойный день Найти не мудрено — Но кто несет тебе тепло В час Мысли ледяной?
Кисейная душа дрожит — Чуть пробежит струя — Но если твердое Сукно Прочней — чем Кисея —
Кого винить? Прядильщика? О — пряжи трудный жгут! Ковры для райского села Так неприметно ткут.
* * *
Я — Никто. А ты — ты кто? Может быть — тоже — Никто? Тогда нас двое. Молчок! Чего доброго — выдворят нас за порог.
Как уныло — быть кем-нибудь — И — весь июнь напролет — Лягушкой имя свое выкликать — К восторгу местных болот.
* * *
Это — как Свет — Радость всех времен — Как пчелиный напев — Модой не заклеймен.
Это — как лесам — По секрету — Ветер — Слова ни одного — Но как бьется ветвь!
Это — как Восход — Лучшее — после. Вечности часы Прозвенят Полдень.
* * *
Одной мне не быть ни на миг — Круг гостей так велик — Но кто и откуда проник — Загадка зашла в тупик.
Ни мантий у них — ни имен — Ни титулов — ни знамен — Без адреса — где-то дом — Словно гнездится гном.
Приход их легко узнать — В душе подается Знак — Но уход не слышен никак — Их никогда не прогнать.
* * *
Допустим — Земля коротка Всем верховодит тоска — И многие — в тисках — Но что из того?
Допустим — каждый умрет Крепок Жизни заряд — Еще сильнее — Распад — Но что из того?
Допустим — в райских селеньях Все разрешит сомненья Новое уравненье — Но что из того?
* * *
Душа изберет сама свое Общество — И замкнет затвор. В ее божественное Содружество — Не войти с этих пор.
Напрасно — будут ждать колесницы — У тесных ворот. Напрасно — на голых досках — колени Преклонит король.
Порою она всей пространной нации — Одного предпочтет — И закроет — все клапаны вниманья — Словно гранит.
* * *
Он сеет — сквозь свинцовое сито[14] — Припудрит лес и овраг — Он алебастром загладит Морщины сельских дорог.
Он вылепит плоское Лицо Из равнин и холмов — Невозмутимый Лоб — от востока И до востока вновь.
Он каждую ветхую изгородь Обернет мохнатым руном — Накинет небесную Вуаль На темный бурелом —
вернуться

13

«Милый — прочти — как другие…» — Видимо, имеется в виду каноническая у пуритан «Книга мучеников», в которой рассказывается о жестоких преследованиях и казнях пуритан в царствование Марии Тюдор (1553–1558), прозванной «Кровавая».

вернуться

14

«Он сеет — сквозь свинцовое сито…» — Стихотворение написано в 1862 г. Позже, в 1864 г., Эмили Дикинсон написала второй вариант, который она послала в письме Томасу Найлсу. Вторая редакция:

Он сеет — сквозь свинцовое сито — Припудрит лес и овраг — Он алебастром загладит Морщины сельских дорог. Он — как стадо — собьется в ком — Как птицы — рассыплется врозь — Выгнется призрачной аркой — Как жонглера узор. Он бродяга — но домосед — Он мельтешит — но глубок — И вдруг в созвездии Козерога Свернется — сонным клубком.

…в созвездии Козерога... — Солнце в декабре находится в зодиакальном созвездии Козерога.