Выбрать главу

Не зря же я жил все те дни,

Когда я не знал свет огней,

Когда жил, как все, весь в делах,

Когда устремлялся за Ней

И в тысячный раз терпел крах...

Я должен дойти, я дойду!"

А ветер в осинах шумел,

Пророча идущим беду...

Но ты, безрассуден и смел,

Ты шел на огни, весь в пыли,

Они стали ближе к тебе,

Хотя еще были вдали.

Ты, противореча судьбе,

Все шел, ты тогда был герой,

И подвиг удался почти,

Смеялась судьба над тобой,

Преград не чиня на пути.

Ты шел, и ты все же дошел

До тех вожделенных огней,

И было бы все хорошо,

Но там ты вдруг вспомнил о Ней...

Прекрасен был город и порт,

Собой означая финал,

Надежнее скал был тот форт,

Но призрак любви его взял.

Ты верил, что это финал,

Но были обманом огни...

Поверил, и жизнь потерял.

Куда шел ты ночи и дни?

Ведь там все равно нет Ее,

А значит, и счастья там нет.

Потеряно время твое...

Зачем же ты шел столько лет?

Вот так все по жизни идем

На отблеск обманных огней,

Где счастья мы все ж не найдем,

Несчастье же будет сильней.

Не лучше ли здесь и сейчас

Счастливо прожить свои дни,

Где все происходит для нас?...

Не лучше. Ведь светят огни.

И в даль нас куда-то зовут

К несбыточной цели своей...

А люди увидят, придут,

Умрут, но достигнут огней.

***

Он был один среди толпы,

И вид имел как бы нездешний,

Он слишком жадно в воздух вешний

Дымил, совсем как из трубы.

Он был один среди людей.

Такая индивидуальность.

Неяркая национальность,

То ли русак, то ли еврей...

И не любил он вспоминать

Далекой молодости годы,

Когда не видевший свободы,

Стал понемногу выпивать,

Любил болтать в похмелье дерзко,

Бывало, руки распускал,

И запрещенное читал,

Считая Власть Советов мерзкой.

Пол жизни он прожег в огне

Литературно-алкогольном,

И, впрочем, жизнью слыл довольным,

Кто ж знал, что видел он во сне...

Минули годы молодые,

Работы так и не нашел,

К режиму в слуги не пошел,

А волосы уже седые.

А к власти новые пришли,

С России рухнули оковы,

(Не все к тому были готовы,

По сей день ищут - не нашли).

А наш герой кричал ура,

Помолодевший лет на десять,

Но не хотел притом повесить

Тех, кто у власти был вчера.

Такой вот вот нео-либерал,

Не диссидент - ведь не сидел же,

Он, не профессор, не невежда,

Не выиграл и не проиграл...

И вот стареет и живет,

Предвидя смерть, желая смерти,

И поговаривает: "Черти,

Живей, костер, еда идет! "

Зачем о нем пишу сейчас я,

И чем же так уж он велик?

А просто счастья ждет старик,

Не видевший по сути счастья.

Дождется или нет - как знать,

Какие, впрочем, наши годы,

Дождался ж он уже свободы,

Что ущемляется опять.

Он так живет и счастья ждет,

И верит все еще наверно,

За пенсией - подачкой скверной -

Приходит - и еще придет.

С литературой он закончил,

И вообще почти ослеп,

Его зовет могильный склеп,

А нас - трансляция из Сочи.

Небо над Петроградом

Нева покрывается кромкою льда,

Становится город подобием ада,

И в воздухе ясно витает беда...

Затянуто небо над Петроградом.

Матросы, солдаты идут на парад,

С другой стороны молодые ребята,

И красные флаги над всеми парят...

Чего-то ждет небо над Петроградом.