В конце концов он выбрал более цивилизованный способ завершить встречу:
– Спасибо, доктор.
– Значит, никаких арестов? Никаких допросов в отделении?
– Это решать полицейским вашей страны.
– Как вы говорите во Франции, «каждому свое дерьмо»?
– Именно.
Эрван прошел через вестибюль, не встретив ни единой живой души, – санитарки и той уже не было. Снаружи, с трудом продвигаясь к машине и выставив плечо вперед, чтобы уберечься от ледяных порывов ветра, он решил, что похож на пловца, на боку плывущего через ночь.
Прежде чем включить зажигание, он проверил сообщения. Крипо, десять минут назад. Он перезвонил.
– Кое-что случилось, – сообщил запыхавшийся Крипо. – Два жандарма убиты около восемнадцати часов на национальной трассе сто шестьдесят пять, в нескольких километрах от Бреста.
– Что?!
– Рутинная проверка. Два человека в минивэне. Водитель выстрелил шесть раз, и они сбежали. Имеются номера: машина принадлежит Иво Лартигу. По показаниям свидетелей, за рулем был Редлих: он и стрелял. Лартиг был пассажиром.
– И мы узнаём об этом только сейчас?
– Обычная неразбериха. Жандармы сперва начали местное прочесывание и…
– Их нашли?
– Ну да. Номера позволили выйти на адрес в Финистере: хибара, принадлежащая Лартигу, недалеко от Локирека.
Местечко располагалось всего в нескольких километрах от Кэрверека и еще ближе к Институту Шарко. Как они могли такое пропустить? Так или иначе, но Висса Савири был убит именно там. Кстати, не исключено, что Лартиг приобрел этот дом именно из-за соседства с психбольницей. Скульптор желал быть как можно ближе к своему ментору.
– Туда послали жандармов, – продолжал Крипо, – но их встретили выстрелами из штурмовой винтовки. Похоже на старый добрый Форт Шаброль.[133] Там еще засекли принадлежащий посольству Нигерии автомобиль с дипломатическими номерами. Ирисуанга наверняка с ними.
Двое калек и рогатый колосс. Трое психов с трансплантатами, одержимых духом серийного убийцы. Три загнанные в угол крысы, которым нечего терять.
– Верни там?
– Со всей своей шоблой. Ждут прибытия спецназа.
Эрван поверить не мог, что дело закончится так. Прощальный букет, каждый шип на котором – очередной убитый или раненый.
– Кто их вызвал?
– Приказ сверху. Из Парижа.
– Кто руководит операцией?
Крипо кашлянул:
– Твой отец.
Старик в очередной раз у руля. Но как могло получиться, что он уже в курсе?
Крипо догадался, о чем он думает:
– Просто телекс из штаба. И он тут же взял все в свои руки. Не знаю деталей, но, похоже, сам министр Вальс вручил ему бразды правления.
Вот почему с вечера отец ему больше не звонил. Он предпочел рулить один, без помощи и содействия собственного сына.
– Он с кем-нибудь из вас связался? – спросил Эрван в приступе озарения.
– Да, со мной. Только что.
– И что сказал?
– Что не желает видеть наши морды на месте происшествия.
– И все?
Крипо опять заколебался:
– Он потребовал подробный отчет о расследовании.
– И ты дал?
– Ну… да. Я ему все объяснил. Историю с пересадкой, про Хосе Фернандеса и клинику «La Vallée». Короче, все…
Эрван покачал головой. Такой финал подчинялся глубинной логике: Человек-гвоздь воскрес в теле трех безумцев, и вновь, через сорок лет после первого сражения, Морван берется за дело.
– Я могу быть в Шамони через час. Пошли за мной вертолет к жандармерии.
127
Занимался рассвет, а Морван, с помповым ружьем Ithaca в руке, в едва сходящемся на животе бронежилете, мысленно твердил, что давно вышел из возраста подобной хрени. И в то же время он не мог позволить себе руководить операцией на расстоянии, из штабного автомобиля.
Последние часы ночи он провел в какой-то дыре бок о бок с самыми отчаянными жандармами, пытаясь переварить собранную информацию и втайне восхищаясь ее безумием и дерзостью: четыре человека – один из которых бедняга Ди Греко, – доведенные до фанатизма образом Тьерри Фарабо, решили перевоплотиться в этот дух Зла; воплотив свое безумие в действие, они разрушили собственный костный мозг, а потом пересадили себе спинномозговые клетки кумира. Кто еще на такое способен?
А теперь трое выживших заперлись в бывшем жилище какого-то корсара – домике с синими ставнями, который как две капли похож на тот, что сам Морван купил в конце восьмидесятых годов на острове Бреа. Ирония вездесуща.
Настоящим везением, если можно так выразиться, оказалось то, что телекс из Генштаба в середине дня предупредил его о гибели двух жандармов. Это означало, что Эрван будет не в курсе еще много часов и он сам сможет проконтролировать ход боевых действий. Кстати, когда происшествие окончательно переросло в катастрофу – осажденный дом, перестрелка, пресса на хвосте, – министр официально поручил ему руководить операцией. В полночь Морван вылетел из аэропорта Ле Бурже и два с половиной часа трясся в вертолете «Дофин», не прекращая переговариваться по рации с государственным прокурором в Ренне и префектом в Кемпере. Ударные силы в лице жандармской группы вмешательства двигались у него в кильватере к Финистеру.
133