– Я по ним очень скучаю.
– Конечно. Но сколько раз они уже так уезжали на каникулы? Не первый раз. Давай думать, что это снова просто каникулы.
Следующим утром на экране снова появилось сообщение:
РАССКАЖИТЕ ИСТОРИЮ
МНЕ СКУЧНО
Цветов, недолго думая, напечатал отрывок из «Священной книги оборотня», раз они находились в Битцевском лесу, а компьютер этим вчера интересовался: «Место для охоты приглядела давно. Одна из дорожек, петлявших сквозь Битцевский лес, выходила к стоящему на опушке деревянному дому, в котором жил лесник». Потом вспомнил, что как-то читал статью про лесника, и вписал из нее отрывки по памяти.
Пару дней Цветов по памяти вводил в компьютер сказки.
На третий день на экране появилось:
ВВЕДИТЕ ЗАПРОС ИЗ АРХИВА
Архива?
Цветов подумал, что, видимо, речь про комнату с папками. Он сходил в нее, снова взял папку с «Новочеркасском», вернулся в основной зал к компьютеру, начал перепечатывать строчку за строчкой. Это заняло несколько часов. Как только он отправлял несколько абзацев, на экране появлялся значок загрузки. Зачем это все, и куда отправляются данные? Просто в интернет? Это какое-то развлечение? Машинное обучение? Зачем? Но чем еще тут заняться? Можно завтра попробовать ничего не вводить. Ничего не случится, скорее всего? И, может, тогда люк снова откроется?
На следующий день он снова ввел данные. И на следующий.
За следующие месяцы он ввел в компьютер документы из папок: Блэкаут 2005 в Москве, Теракт на Дубровке (Норд-Ост), Массовая гибель рабочих на строительстве БАМа, Голод в Поволжье 1921–1922, Буденновск, Трагедия на шахте «Распадская», Ввод войск в Чехословакию, Сталинские репрессии, Экологическая катастрофа в Норильске, Штурм Грозного, Бесланская трагедия, Вторая чеченская война (воспоминания из Новых Алдов и письма Басаева), Психиатрическое насилие над диссидентами, Опричнина Ивана Грозного, Казнь Николая II, Чикатило, ГКЧП, Теракт в Волгограде, Война в Афганистане, Лагеря для немцев Поволжья, Разгон демонстрации в Тбилиси, Русская эмиграция после 1917, Коллективизация, Проект «Тайга», Землетрясение в Нефтегорске, Кущевка, Митинги на Болотной площади, Ленинградское дело, Осада Казани, Дело врачей, Обрушение Трансвааль-парка, Военные действия в Украину, Трудовые лагеря ГУЛАГа, Трагедия на шахте «Распадская», Экологическая катастрофа в Норильске, Бой за Аргунское ущелье, Испытание атомной бомбы на Семипалатинском полигоне, Гибель космонавтов на «Союз-11», Столкновения на Манежной площади 2011, Убийство Немцова, Убийство Политковской, Отравление Навального, Пожар в «Зимней вишне», Назинская трагедия, Эвакуация и блокада Ленинграда (и дневник Лены Мухиной), Тоцкие испытания, Краматорский инцидент, Наводнение в Крымске, Строительство БАМа, еще сотен других. [9]
Цветов погрузился в мрачное настроение. Он вводил и вводил то, что лежало в коллективной памяти постсоветского человека. В «Запросах» не попадались хорошие или вдохновляющие истории, даже не было «Олимпиады-80», Гагарина или чего-то в этом духе, только трагичные и отравляющие память моменты.
Валентина тоже иногда печатала, но как-то само собой получилось, что она стала больше заниматься огородом. Пока она занималась созданием жизни, Цветов погружался в глубины травм постпамяти. Они жили как на даче, особо не обсуждая место, в котором оказались. Часто шутили, что, конечно, любой человек приспосабливается к любой ситуации. О себе они не беспокоились (пока все еще ничего страшного вроде и не случилось?), но вот как там Алёша и Миша?
Случались дни, когда Антон Цветов вводил данные из «Запросов» подробно, со всеми деталями, иногда – даже по несколько папок в день.
В другие дни, открывая папки, он чувствовал, что ему все это очень надоело, и он вводил только заголовок и несколько основных строк, без деталей. И так отправлял в компьютер.
Компьютер принимал все одинаково: появлялся значок загрузки, потом снова черный экран, и все. Куда уходили данные? На что это влияло? Влияло ли на что-то, когда он перепечатывал неподробно?
Иногда, когда становилось совсем скучно, он вводил что-то из собственной памяти, так же аккуратно и в академическом стиле. Компьютер принимал и такие записи. Но счетчик, проклятый счетчик 1825, уменьшался только после введения информации из архивных папок, на запросы из головы никак не реагировал. Поэтому Цветов экспериментировал редко, когда настроение было совсем уж мрачным от ежедневных катастроф.