Слово "знай" применительно к посвящённому сознанию относится к убеждённости посвящённого, к его глубокой уверенности в пребывании в сердце Христа. В то же время оно связано с реакцией лепестков жертвы эгоического лотоса - лепестков, состоящих из волевого качества Монады и соединяющих душу с излучающей Монадой. Впервые ощущается слабый толчок монадической "судьбы" (я не знаю, как ещё передать эту идею), который регистрируется только душой посвящённого на уровне душевного сознания, но никогда - на физическом плане человеком, принимающим первое посвящение, поскольку его мозг неспособен откликаться на столь высокую вибрацию. Теоретически и благодаря учению Вневременной Мудрости духовный человек (в воплощении) узнал, что его сутью является вечно сущий Христос и что достижение Христова сознания было и будет его целью. Однако, знание, о котором здесь говорится, есть нечто более высокое, - это Самоотождествление души на её собственном плане, Самоосознание, которое соотносит "Я" с объемлющим целым - Монадой. Выражая это символически, я сказал бы, что душа, Христос (после первого посвящения), знает, что неизбежные процессы проявления Христа на Земле начались и что достижение "меры полного возраста Христова"[61] уже не остановить. Интересы, направленные прежде на это, теперь смещаются, и душа на своём собственном плане (не в отражении своего сознания на Земле) решается "идти к Отцу",[62] или проявить высший аспект божественности, аспект воли.
В Евангелиях запечатлены четыре момента жизни Христа, когда этот процесс развития в Его сознании, эта монадическая централизация (не могу найти других слов, так как у нас ещё не разработана терминология, описывающая монаду, волевой аспект), становится заметным и может быть прослежен в процессе уверенного раскрытия. Я уже где-то упоминал об этих моментах, но сейчас хотел бы собрать все четыре вместе, чтобы прояснить для вас всю картину.
1. Его вопрос к родителям в храме: "Или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?"[63] Обратите внимание, что:
а. Тогда Ему было двенадцать лет, поэтому работа, которой Он занимался как душа, была закончена, так как двенадцать - число завершённого труда. Символизм Его двенадцати лет заменяется теперь символизмом двенадцати апостолов.
б. Он был в храме Соломона, всегда символизирующем каузальное тело, душу, и поэтому говорил с душевных уровней, а не как духовный человек на Земле.
в. Он служил как член Иерархии, поскольку родители нашли Его поучающим священников, фарисеев и саддукеев.
г. Он говорил как выражение субстанционального аспекта (обращаясь к Своей матери) и души (обращаясь к Своему отцу), но не контролировался ими, функционируя теперь как монада, превосходящая и включающая их в себя.
2. Его слова ученикам: "Я должен идти в Иерусалим", после которых, как сказано, Он твёрдо решился идти туда.[64] Это был намёк на то, что отныне у Него иная задача. Единственное место абсолютного "мира" (таков смысл слова Иерусалим) - это Шамбала. Иерархия не является центром покоя - в подлинном смысле слова, который относится не к эмоции, а к прекращению той активности, что известна нам в проявленном мире. Иерархия - это самый что ни на есть водоворот активности и энергий, поступающих из Шамбалы и от Человечества. С точки зрения истинного эзотеризма, Шамбала - место "спокойной решимости и уравновешенной, невозмутимой воли", как сказано в "Древнем Комментарии". Слова Христа: "Отче! не Моя воля, но Твоя да будет" указывают на осознание Им Своей монадической "судьбы". Смысл этих слов не соответствует их частому толкованию христианскими теологами и мыслителями: согласие на боль и печальное будущее. Причиной этих слов стала реализация монадической осведомлённости и фокусировка жизненного аспекта в Целом. Слова Христа указывают на отвержение Им души и однозначное и окончательное признание монады как точки концентрации. Изучающим нужно понять, что Христос никогда не подвергался Распятию, описанному в соответствующем месте; распят был Учитель Иисус. В опыте Христа Распятие осталось далеко позади. Эпизод отречения явился одной из вершин в жизни Мирового Спасителя, но не входил в опыт Учителя Иисуса. Последними словами Христа к собравшимся на вершине горы (символически в Иерархии) апостолам были: "Се, Я с вами во все дни до скончания века"[65] или цикла. В тот момент Он говорил как Глава Иерархии, учреждающий Свой Ашрам, и как Монада. Он выразил Свою божественную Волю постоянно и непрерывно наполнять, или насыщать, мир Своим осеняющим сознанием; выразил универсальность, бесконечную непрерывность и контакт, характерные для монадической жизни - самой жизни. Это также важнейшее заявление, направляющее энергию воли, всё обновляющее и открывающее беспредельные возможности.