– А как же с Боувелом? Ты знаешь, что здоровье у тебя не особо крепкое. Они тоже это знают.
– Боувел нам не помеха. Я им столько плачу, что могу позволить себе время от времени делать все, что мне вздумается. Мы сможем, Мэтти, а если вдруг не удастся, мы неплохо повеселимся…
Существовали миллион и один довод не соглашаться на безумную авантюру Рэни, но один довод перетягивал все остальные: Мэтти хотела ехать.
Глава 12
Дэнни и юниоры[52]
В следующее воскресное утро Мэтти появилась в Боувеле, как всегда, с неизменной коробочкой в розовую и белую полоску в одной руке и скромного вида сумкой для покупок, в которой было спрятано много секретов, – в другой. Она обменялась беззаботным приветствием с Гейнорой, встретив ее в крытом проходе, который соединял приемную и амбар, превращенный в зал для собраний. Все это время Мэтти чувствовала себя шпионкой, несущей секретные материалы на конспиративную встречу.
– Рэни сегодня на пике формы, – сообщила Гейнора. – Все думают, что она знает что-то такое, чего не знаем мы.
Стиснув зубы, Мэтти улыбнулась, кивнула и поспешила через старые дубовые двери амбара.
Рэни схватила ее под локоть, едва Мэтти успела подойти к ней.
– Принесла? – прошипела она, косясь на трех гарпий, осмелившихся подойти слишком близко.
Они поспешили вглубь амбара.
Мэтти кивнула.
– Где ты хочешь?
Старушка взяла у Мэтти коробку с конфетами, начиненными фиалковым кремом, демонстративно открыла ее, выбрала одну и откусила кусочек.
– В столовой, – жуя, ответила Рэни. – Я там помогаю прибираться Сандре. Она у нас главная по питанию.
– Серьезно? А нельзя ли прямиком к тебе в комнату? – спросила Мэтти, не уверенная, что такие трудности вообще к месту.
– Чтобы та команда выстроилась в ряд у стены рядом с дверью? Черта с два! Тут словно в доме престарелых ветеранов Ми-6[53], дорогуша. Здесь даже стены имеют уши в комбинезонах.
Они непринужденно, насколько это было возможно, направились в столовую. Сандра, которая оказалась женщиной средних лет с фигурой истинной амазонки, сразу же встала у них на пути. Мэтти на секунду показалось, что еще чуть-чуть – и она столкнется носом с объемистой грудью Сандры.
– Идите прямо, – прогудела она, лукаво подмигнув, так что это могло испугать даже самую храбрую из пришедших сюда.
– Как ты уговорила эту женщину впустить нас? – спросила Мэтти, когда они обогнули огромный двойной холодильник, за которым для них был освобожден стол из нержавеющей стали.
– Оказалось, что она – большая поклонница Элвиса, а у меня затерялось несколько открыток, которые он подписал мне, когда я выступала в Лас-Вегасе в 1973 году…
Рэни взмахнула рукой с накрашенными красным лаком ногтями, предлагая Мэтти самой додумать несказанное…
– Серьезно? Но такие открытки стоят очень дорого. Ты на самом деле согласилась расстаться с ними?
– Ах! У меня целая коробка с такой макулатурой, лежит себе и пылится, если начистоту. Мне не нужны разные там картонки, чтобы смотреть на них и вспоминать обо всем хорошем, что мне довелось когда-то пережить…
На несколько секунд Рэни, казалось, потеряла связь с этим миром и мысленно унеслась невообразимо далеко от столовой в Боувеле с ее пропахшим дезинфицирующими средствами воздухом.
Между желанием надавить и добиться от Рэни дальнейших откровений и необходимостью приняться за работу, которая им предстоит, Мэтти остановила свой выбор на последнем. Если сегодня все выгорит, у нее будет еще немало времени, чтобы выслушивать, возможно, не вполне достоверные рассказы Рэни времен ее выступлений на сцене, пока они будут колесить в автофургоне по дорогам страны.
– Ну, мне кажется, нам надо заняться делом…
– Ну, да, да, ты полностью права. Принесла?
Мэтти кивнула и приподняла полиэтиленовую сумку.
– Все принесла. У тебя есть список их недавних адресов?
– Разумеется. На прошлое Рождество Томми прислал мне открытку со всеми адресами.
Бросив подозрительный взгляд через плечо, Рэни медленно потянулась рукой к вырезу своего длинного сиренево-синего восточного покроя «кафтана» с поясом и, к легкой тревоге Мэтти, вытащила из щедрой глубины выреза сложенную бумажку.
– Старый трюк, который я выучила, дорогуша, еще в бизнесе: твой бюстгальтер – самое надежное место, которым нас наградил Бог. Если кто и осмелится порыться там, это, по крайней мере, вызовет улыбку на твоем лице.