– У нас в свое время не одна такая лампочка была. Помнишь того старого менеджера-извращенца, который вечно заглядывал, чтобы «починить лампочку», но так и не починил?
– Мерзкий тип. Кажется, Рико хорошо его знал.
– Не удивлюсь, если знал. У Рико были очень странные приятели.
Джуна рассмеялась и на шажок приблизилась к Рэни.
– Но публика в том клубе была что-то с чем-то. Помнишь парня, сидевшего в первом ряду? Он кричал: «Спой что-то, чтобы мы подхватили! Давай “Мальчика Дэнни”[87]!» И так все три первые песни. До того вечера я еще никого не хотела так сильно поколотить.
– Припоминаю, что Томми совершил в честь тебя настоящий подвиг.
Заслышав это, Джуна остановилась.
– Серьезно?
– О да! Он ему чуть руку не сломал. Когда Рико узнал об этом, у него едва крышу не сорвало. Неужели не помнишь? Именно поэтому мы больше никогда не выступали в Уоррингтоне.
– Понятия об этом не имела. А я-то думала, что Рико поссорился с импресарио. Вначале, помнится, он только тем и занимался.
– Это уж точно. Наш старина Гарри Слэк любил помахать кулаками.
– Только подумать, что все эти годы я считала Томми пацифистом.
Они продолжили прогулку. Обе старушки примолкли. Их ноги глухо ступали по гравию дорожки. Трости постукивали в такт их шагам. Мэтти не хотела ничего говорить, надеясь, что кто-нибудь из них подхватит инициативу. Но когда тишина затянулась на несколько минут, она поняла, что пора вмешаться.
– Красиво здесь.
Никто из них не ответил, хотя Мэтти заметила, как ссутулилась Джуна.
– Даже задворки колледжей выглядят очень живописно, не правда ли? Интересно, как солнечный свет может заставить все вокруг казаться по-другому… ярче…
– Я всегда любила эту особенность Кембриджа, – произнесла Джуна. – Город словно оживает в солнечном свете.
Желая их разговорить, Мэтти продолжала:
– Когда вы приехали сюда жить?
– После выпускного года, когда Хьюго закончил университет. Я очень полюбила этот город, когда приезжала сюда из Танбридж-Уэллс, чтобы навестить сына. А потом я встретила Барни и переехала сюда к моим мальчикам.
– Лорда Барни? – хихикнула Рэни.
– Пожизненного пэра[88], – пояснила Джуна, и Мэтти подумала, что ей уже не раз приходилось говорить это. – Так что никакого баронского гнезда и огромного фамильного состояния. – Но он вполне прилично устроился. – При этих словах Джуна, смутившись, отвернулась. – Томми так считает… Все эти годы нам было уютно вместе. Мы жили счастливо. В конечном счете именно это важно в жизни.
Рэни хмыкнула.
– Я всегда представляла себе, что ты выйдешь замуж за герцога.
– Серьезно?
– Да. Из всех нас ты была самой претенциозной. Все эти уроки культуры речи, занятия бальными танцами, саморазвитие… Ты бы не набралась всего этого там, где выросла я. Мы с Чаком звали тебя леди Джуна. Я так и думала, что ты не пропадешь.
Джуна грустно улыбнулась. Мэтти видела, что она очень скучает по покойному мужу.
– Я повстречалась с Барни в подходящее время. Сначала я плохо выбирала…
Со времени ее первого несчастливого брака прошло уже пятьдесят лет, а рана в душе до сих пор не зарубцевалась.
– Ты не заслужила того грубого ублюдка. – Рэни неожиданно потянулась и прикоснулась к руке Джуны. – Никто такого не заслужил. Ты была достойна лучшего.
– Рэни, я…
Мэтти заметила кое-что новое в своей подруге: это были не только искренность и симпатия, но и глубокое понимание.
– Я бы сказала, что мы обе были достойны лучшего.
Джуна порывисто повернулась к Рэни:
– Да?
Рэни кивнула.
– Второй муж. Брак длился два года, но и этого было более чем достаточно.
Джуна, кажется, готова была расплакаться.
– Ах, Рэни… нет. – Джуна положила руку поверх ладони Рэни. – Но мы-то все пережили…
– Мы пережили, а многие девочки – нет.
– Мне казалось, что я не выдержу.
– Сколько ты была с этим ублюдком?
Джуна покачала головой.
– Около десяти лет. Я ушла, когда он перешел на Хьюго… сбежала домой к маме. Мама спрятала нас в Англси у тети, где я прожила год, прежде чем нас развели.
Лицо Рэни побледнело. Она участливо смотрела на свою подругу.
– Сочувствую, дорогая.
– Ладно, что уж теперь говорить, с тех пор много воды утекло.
А потом, по мнению Мэтти, случилось маленькое чудо: Рэни Сильвер обняла ту, которую прежде считала своим врагом, и разрыдалась. Джуна замерла, взглядом прося Мэтти о помощи. Она не знала, что делать. После паузы Джуна подняла руку и осторожно погладила ее по голове.
– Какое это теперь имеет значение?